Кремль. Утро.

- Ну что?

- Пи*дец, Владимир Владимирович.

- Прям так уж?

- Теперь да. Очень скоропалительный.

- А что ж так? Вчера еще все было нормально, а сегодня уже всё…

- Да и вчера было не очень, просто мы не хотели говорить.

- Ну, посмотрим-посмотрим. Докладывайте.

- Наши американские партнёры…

- Пиндосы, короче…

- Я и говорю, пиндосы… Так вот, они, видимо предоставили Украине какое-то сверхсекретное оружие о котором наша разведка совершенно не имеет представления.

- Ой боюсь-боюсь-боюсь. Ну чё они там придумали? Психотронно-нейронную вакуумную бомбу?

- Туман, Владимир Владимирович.

- Что туман?

- Туман, Владимир Владимирович. Т-у-м-а-н…

- Я тебе что, первоклассница? Я знаю что такое туман.

- Мы тоже раньше думали, что знаем. А теперь вон оно как складывается.

- Ну и как складывается?

- А складывается для нас очень плохо. Туман этот стоит вдоль всей полосы разграничения. Плотный такой – в двадцати метрах не видать ничего.

- Ну, дальше, дальше…

- Так вот. Что в этот туман попадает, обратно не возвращается. Причем, чем больше туда техники и людей отправляем, тем он плотнее и гуще.

- И что?

- И никто не возвращается.

- В каком смысле?

- В любом. Ни двухсотыми ни трехсотыми. Как в воду канут. С концами.

- Шутите?

- Не до шуток.

- Прям все-все?

- ......

- И много туда ушло?

- Практически всё, что было. На Дальнем Востоке осталось три батальона… Мы их найти не можем. В Чечне сводный полк. Ну, и рота почетного караула, само-собой.

- А техника как?

- Так же – вся там. Ну осталось немного… На Дальнем Востоке…

- Запускайте авиацию – пусть поработают во славу российского триколора.

- Запускали уже. Туда и так и эдак и на сверхзвуке, а назад - никак.

- И много?

- Да все, что было, в общем. Остались восемь президентских и эскадрилья прикрытия.

- Так что у нас теперь армии почти что и нету? Так что ли?

- Никак нет! Совсем нет!

- Ёп… тический прицел!

- Анализы, экспертизы сделать не можем – субстанция взятию образца не подлежит. Не берется. Никак.

- А что сами Укры? Есть какие-то сведенья от наших там?

- От наших - ничего. Вроде как и нет их там. А украм хоть бы хны. Они вроде как строят, выращивают и всё такое… И на туман этот внимания даже не обращают.

- Ну хоть какие-то сведения есть с той стороны.

- Сведенья есть, через Белорусь полученные, мол укры говорят, что туман этот – это ненависть консервированная.

- Какая?

- Простите, концентрированная. Ненависть. И больше ничего. Она как бы в виде тумана. Почему - никто не знает. Как работает – не понятно.

- То есть ты хочешь сказать, что укры нас так ненавидят, что это чувство в природный феномен мутировало?

- Видимо, да. Вот только…

- Что только?

- Только укры говорят, что это не их ненависть…

- А чья же? НАТОвская, что ли? Пиндосская…

- Нет, Владимир Владимирович, они говорят, что это наша ненависть, Российская…

© Федор Сухов, durdom.in.ua