Виталий Портников: Убийство в киевской опере

Виталий Портников

Самое страшное для страны – это утрата контроля над действиями протестующих и их оппонентов.

Неоднозначная реакция протестующих на уход из здания Киевской горадминистрации и попытки проникновения в помещение минувшей ночью – это, конечно же, еще не раскол Майдана. Раскола вообще может не произойти. Произойти может куда более страшное и опасное для страны – утрата контроля.

На определенном этапе часть протестующих может решить, что оппозиция либо не способна добиться осуществления поставленных Майданом задач – причем каждая группа будет определять эти задачи по-своему, - либо вообще договаривается с властью. Нужно сразу же сказать, что сама власть будет вольно или невольно этому содействовать, чтобы ослабить оппозицию. Потому что все провокационные вбросы о предателях-оппозиционерах, "неспособности", замене лидеров осуществляются при прямом участии или указанию группировок во власти. Одни из них работают против оппозиции, другие – против своих же конкурентов в окружении Виктора Януковича. Но такая работа ведется целенаправленно и она может достичь успеха.

Что такое успех этой работы в данной ситуации? Это начало самостоятельных силовых действий различных группировок, индивидуальный террор, диверсии, словом – полная дестабилизация. Причем власть не сможет остановить ее никакими репрессиями по одной простой причине: протестующие не будут солидарны. И одной из групп будет даже выгодно физическое устранение или арест представителей другой. Причем такая же ситуация может наблюдаться на противопложном фланге – если в результате террора или диверсии погибнет какой-нибудь боец "Беркута" или член "Оплота", представителям обоих формирований будет совершенно не интересно, о чем договорились с политическими оппонентами Захарченко или Кернес – они станут мстить ну хотя бы в свободное от работы время. Так Украина незаметно для ее жителей и превратится в Ливан.

Гражданской войны не будет, а вот индивидуальный террор, уличные столкновения, взрывы на предприятиях и дорогах – все это станет привычной обыденностью и даже перестанет попадать в сводки мировых новостей. Вы знаете, что вчера произошло в Ливане? Знаете, что там главная партия антисирийской "революции кедров" создала коалиционное правительство с главной просирийской силой страны, пресловутой "Хезболлой"? Не знаете и правильно: насилие в Ливане не остановит теперь никакая коалиция – по крайней мере, надолго. И единственный шанс для жителя этой страны не жить в атмосфере террора – это не коалиция, а эмиграция.

Понимает ли такую опасность оппозиция? Думаю, что да – именно поэтому и старается найти модуль политического урегулирования вопреки даже собственным рейтингам и сиюминутным интересам. Понимает ли такую опасность власть? Думаю, что нет – именно поэтому и не хочет никакого компромисса.

У власти своя логика. Во-первых, она не верит в саму стихию Майдана, воспринимая протест как "организованный за американские деньги" для перехвата власти оппозицией. Поскольку такого же мнения придерживаются российские покровители "регионалов", обещающие деньги только в обмен на подавление протестов, гармония наблюдается полная. Почему власти не страшны радикальные настроения? А потому что она истово верит в свой контроль над ними.

Контроль этот, конечно же был. Но не над радикальными настроениями, а над частью группировок, в которых эти настроения превалировали. Не стоит быть наивными и не понимать, что когда существует группировка радикально-военизированного характера, ее обязательно инфильтруют осведомителями, провокаторами, нужными людьми и так далее – это происходит не только в Украине, это происходит в любой стране, спецслужбы которой вообще задумываются о государственной безопасности.

Но все это хорошо, пока в дело не вступает стихия. Именно этой стихии власть и не чувствует.Она не понимает, что протестное движение активизировало людей, никогда не участвовавших в политической и общественной деятельности, не связанных никакими обязательствами ни с партиями, ни со спецслужбами. На большинство этих людей нет никакой информации в базе данных СБУ или МВД, их телефоны не прослушиваются, переписка не просматривается. И пока наши доблестные оперативники будут писать рапорты о том, с кем созванивались Кошкина или Портников или о том, с кем встречалисьТягныбок или Турчинов, этот никому не известный человек – или неотслеженная группа людей – преспокойно подготовят любой террористический акт. Или СБУ и МВД не согласуют между собой действия очередного првокатора – и он убьет очередного премьер-министра прямо во время торжественного заседания в киевской опере. Не может быть? Но если один раз уже было – то почему же не повторится? Повторится – и куда в более серьезных масштабах.

Именно поэтому власти просто необходимо уяснить, насколько уязвима нынешняя политическая ситуация в стране, насколько она уже сегодня беременная тотальной дестабилизацией и насилием. Установившееся условное спокойствие – оно кажущееся, просто люди на Майдане и те участники протестного движения, которые сегодня не находятся на площадях украинских городов, все еще верят в здравый смысл и способность оппозиции найти разумное решение в переговорах с властью. Но как только эта вера угаснет, начнется самое страшное.