Виталий Портников: Вопрос институций

Виталий Портников

В мире есть только слаженная работа национальных и наднациональных институций и гармонизация законов и правил.

Председатель Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер заявил о внесении в апреле предложения о визовой либерализации с Украиной. Это заявление было сделано после того, как наша страна выполнила все условия, которые были поставлены Еврокомиссией для окончательной имплементации решения об отмене виз. Иначе и быть не могло. И это то, чего не могут понять ни в России, ни у нас.

Мы все время пытаемся искать в решениях цивилизованного мира политическую подоплеку, все время думаем, что в XXI столетии существуют какие-то "сферы влияния", ради расширения которых страны и союзы должны идти на уступки. А все это есть лишь в воспаленном воображении Владимира Путина и его застрявших в средневековье подданных. В реальном мире работают институции. Это – как вход в ваш личный профайл на каком-то сайте. Ответили на вопросы, зарегистрировались, вошли. Не ответили, не зарегистрировались – не попали. И все.

Удалось нам обеспечить институциональную базу для введения безвизового режима – получили безвизовый режим. Не удалось – не получили, как бы хорошо к нам не относились. Удастся соответствовать всем критериям, необходимым для принятия заявки для членства в Европейском Союзе – примут заявку. Не удастся – не примут. Выполним все условия, необходимые для вступления в Евросоюз – примут в Евросоюз. Не выполним – не примут. Правда, на этом этапе мы уже сами можем задуматься, какие плюсы и минусы у нас будут от этого вступления – как задумываются Норвегия или Исландия. Никто в ЕС не ставил под сомнение право Исландии подать заявку и начать переговоры о вступлении в ЕС – этого не хочет сама Исландия, так как многие ее жители не уверены в экономических преференциях. А вот кШенгенскому соглашению Исландия и Норвегия присоединились, экономические соглашения подписали. А Великобритания и Ирландия считают собственное пространство путешествий более важным, чемШенген. Более того, британцы с ейчас будут решать, оставаться им в Евросоюзе или нет. И никто не ставит их право уйти или остаться под сомнение.

В мире нет – и больше никогда не будет – никаких сфер влияния. В мире есть только слаженная работа национальных и наднациональных институций и гармонизация законов и правил. И если мы хотим попасть в сосвременность, то должны заниматься именно этим – и ничем другим. Хотя это очень сложно, долго и на первых этапах – как и любая операция – больно.

Но если нам нравится убаюкивать себя иллюзиями о "политической целесообразности", сферах влияния, о том, что "все равно сделают", потому что мы всем нужны – что ж, тогда наше место в одной психиатрической лечебнице с россиянами. Благо, в соседнем сумасшедшем доме еще много пустых палат.