Дорога из Пугачева: что может спасти Россию

Выхода из круга страха, ненависти и неверия пока что просто нет...

О пугачевском бунте только в первые дни писали на первых страницах газет и рассказывали в телевизионных новостях. Происходящее в небольшом городке, связанном с двумя мифологемами русской и советской истории – Пугачевым и Чапаевым – настолько обыденно для современной России, что, кажется, и новостью не является.

Был ли конфликт в Пугачеве по-настоящему этническим или религиозным? Конечно же, не был. Это была драка между представителями примерно одной и той же социальной среды, один – чеченец, другой – наполовину татарин, наполовину русский, то есть, по идее, тоже мог бы быть мусульманином. Был ли это конфликт из-за девушки, или просто пьяная драка, или поножовщина – другой вопрос, но население Пугачева видит в этом, прежде всего, атаку ненавистных кавказцев, которые и живут не так, и все вокруг скупили, и режут русских парней. И так бывает всегда, когда происходит столкновение не русского с русским, а русского с кавказцем.

Я совершенно не собираюсь сейчас обсуждать национальные качества русских или представителей кавказских республик России, говорить о различиях в традициях или темпераменте, потому что, на самом деле, все это не имеет никакого отношения к реальности. Реальность – поразительное сходство с антисемитизмом времен заката Российской империи. Тогда тоже, прежде всего, искали повод – или ждали его. Или не ждали, а просто устраивали погром. И власть оказывалась в том же непростом положении, что и сейчас. С одной стороны, она вынуждена была поддерживать законность и не допускать самосуда, с другой стороны – опиралась на маргинализированные, забитые, готовые к погрому слои населения, потому что поддержку передовой части общества давно утратила и относилась к этой передовой части примерно так же, как и к евреям. Не случайно для черносотенцев того времени слова "еврей" и "интеллигент" были синонимами, а поиск еврейских корней у самых что ни на есть русских революционеров или либералов – хорошими манерами.

Но отличие в том, что евреи были просто гонимым меньшинством империи, а кавказцы – жители субъектов федерации, которые, в отличие от евреев, пользуются теми же гражданскими правами, что и все остальные их соотечественники. Более того, евреи в Российской империи за эти права боролись. А чеченцы в Российской Федерации от этих прав отказывались, пытаясь провозгласить независимость своей республики. И эти права были им навязаны в ходе двух кровопролитных войн за восстановление территориальной целостности России. И, когда войны отгремели, оказалось, что РФ их проиграла, заложив под свою государственность мину замедленного действия.

Проблема Чечни распространилась на весь Северный Кавказ, на всю Россию. Фактически произошло разделение граждан на несколько сортов. В своих республиках кавказской молодежи делать нечего, но за их пределами они - непрошенные гости своей же страны, от которых буквально ожидают преступлений. И когда дожидаются – требуют выгнать всех, без разбора, и тех, кто давно приехал, и тех, кто появился только что.

Поразительно, что даже российские СМИ употребляют по отношению к проживающим в Пугачеве чеченцам термин "диаспора" - так, будто они и в самом деле приехали в этот город из какой-то другой страны, а не живут в Пугачеве у себя дома – точно так же, как они у себя дома в Саратове, Казани, Москве, словом – везде в России. При этом – я бы тоже не забывал столь немаловажного обстоятельства – русские на Северном Кавказе тоже у себя дома, только их там в национальных республиках все меньше и меньше, а скоро и вовсе не будет. И это – оборотная сторона переселенческой медали.

На практике это означает, что национальный мир в России поддерживается на самом Кавказе только дотациями из Москвы, а во всех остальных регионах, так и вовсе держится на честном слове, обрушаясь при первом же трагическом случае. И рецептов излечения просто не существует. Можно было бы, конечно, сетовать, что в свое время не нашлось политической воли для отделения от Кавказа – но что сейчас об этом говорить, когда шовинистические настроения сопутствуют ура-патриотическим?

К тому же, теперь, когда за несколько десятилетий образовались многочисленные кавказские общины по всей России, никакое отделение собственно республик серьезного облегчения не принесет, напротив – вызовет новый отток населения с Кавказа и даст старт новому маховику ксенофобских настроений, на этот раз против народов Поволжья, с которыми восторжествовавший шовинизм – политический и бытовой – окажется один на один.

Нет, спасти Россию можно только современностью, только вытягиванием ее из того сомнамбулического сна, в который погрузилась основная часть этой страны в путинскую эпоху. Но современность – то, что не даст этой власти сохраниться. Поэтому она, в принципе, заинтересована, чтобы жители Пугачева шли стенкой на кавказцев и ничего не менялось бы. Но, с другой стороны, страшится, что нарастающий вал таких вот Пугачевых обратится в социальный протест. И выхода из этого круга страха, ненависти и неверия пока что просто нет.

Виталий Портников, Главред