Путин идет в наступление ("Uwazam Rze", Польша)

Уже три года Россия ведет войну с польским сланцевым газом. Сначала она смеялась над нашими планами, внедряла на наш рынок свои компании, которые покупали лицензии на разведку, чтобы блокировать разработку месторождений, а потом при помощи экологов она начала кампанию против самой технологии. Во Франции и Болгарии добычу сланцевого газа уже запретили под предлогом возможного урона окружающей среде.

В конце августа этого года Москва начала угрожать эмбарго на польские продовольственные товары. Сначала речь шла о мясе, потом об овощах и молочной продукции. Другой удар был нанесен по нашим транспортным компаниям. Ставка высока: в 2012 году объем экспорта польского продовольствия составил миллиард евро. В этом году он может (если не будет введено эмбарго) вырасти еще на 50%. «Когда Россия приостановила экспорт польского мяса при правительстве "Права и Справедливости" (PiS), "Гражданская Платформа" (PO) била тревогу, говоря о том, что это демонстрирует трагическое состояние отношений между нашими странами. Но сейчас ситуация стала еще хуже: Россия блокирует экспорт нашего мяса, овощей, давит на наших грузоперевозчиков и лоббирует в ЕС против польского газа из нетрадиционных источников», — отмечает депутат PiS Макс Крачковский (Maks Kraczkowski) — заместитель главы Экономического комитета в Сейме.

Причин, по которым премьер Дональд Туск (Donald Tusk) утратил симпатии Москвы, несколько. Во-первых, это реакция на поддержку Украины и ее намерений интегрироваться с Евросоюзом, а также на продвижение идеи снижения цен на энергоресурсы в международных расчетах. У россиян могут сдавать нервы. Вторая существенная причина — Дональд Туск теряет поддержку. «Премьер, который постепенно переходит в разряд политического утиля — это слабый партнер», — добавляет Крачковский.

Урок реальной политики

10 октября 2005 года, спустя пару недель после того, как победу на парламентских выборах одержала партия «Право и Справедливость», Россия ввела эмбарго на польское мясо. Официальная причина имела санитарный характер, однако было очевидно, что таким образом Россия отреагировала на произошедшие в нашей стране политические перемены. Два года Варшаве не удавалось убедить Москву в том, что наше мясо так же безопасно, как и продукция из других стран. Но потом произошло чудо: следующие выборы выиграла «Гражданская Платформа», и эмбарго внезапно отменили.

Казалось, что в польско-российских отношениях наступила оттепель. Длилась она около трех лет. Дональд Туск стремился создать имидж политика, который способен разговаривать с Путиным на равных. Кульминацией была знаменитая встреча 2009 года на моле в Сопоте в годовщину начала Второй мировой войны. Правительственную пропаганду не смущали такие эпизоды, как унизительный визит главы МИД Радослава Сикорского (Radosław Sikorski) в Кремль, где ему пришлось, как простому просителю ждать под дверями российского правителя, пока тот найдет на него время. По официальным заявлениям, Польша становилась все более важным партнером России, казалось, что в это верил и сам Туск. Он согласился разделить мемориальные мероприятия 2010 года в Катыни на две части, и (исходя из собственных имиджевых соображений) позволил главе иностранного государства оскорбить польского президента, понизив ранг его визита в Россию. Премьер фотографировался с Путиным и, надуваясь от гордости, как индюк, думал, что он наконец попал в высшие сферы мировой политики. Отрезвление наступило спустя три дня, когда в том же самом месте Туск, почти рыдая, бросился в объятия хозяина на пепелище смоленской катастрофы. По его лицу было видно, что он понял, где его место, а единственным утешением могло служить лишь то, что кто-то другой лежит среди тлеющих обломков правительственного самолета.

Москва разыгрывает катастрофу

Спустя несколько часов после крушения польского самолета в Москве собрались руководители основных российских секретных ведомств (Главного разведывательного управления, Службы внешней разведки и Федеральной службы безопасности), которые утвердили тактику разыгрывания смоленской катастрофы.

Дональд Туск изначально совершил фатальную ошибку, отдав следствие России. Было заявлено, что полет был гражданским, хотя из документов следовало, что он имел военный статус. На первый взгляд разница небольшая, но на самом деле — существенная. В случае гражданских полетов решение о посадке или отказе от нее принимает экипаж, в случае военных (как полет президента 10 апреля 2010 года) — сотрудники аэродрома, на которое направляется воздушное средство. Есть отличия и в расследовании: катастрофы гражданских полетов расследуют в той стране, где они произошли, но если бы рейс имел военный статус, следствие должно было быть отдано полякам. В последующие месяцы Туск старался делать хорошую мину при плохой игре. Сначала он продолжал играть роль хорошего друга Путина, выставляя себя на посмешище перед западными партнерами и самим Кремлем. Не отреагировав на ложь, прозвучавшую в отчете Межгосударственного авиационного комитета, польский премьер признал, что в твердой, рациональной и безжалостной к соперникам политике российских властей он был всего лишь марионеткой.

«Такова ментальность россиян. Если кто-то ведет себя пассивно и старается идти на компромиссы, то все заканчивается именно так. Они ценят только сильных партнеров. У нас была возможность воспользоваться международными инструментами и оказать давление, например, в вопросе возвращения нам обломков самолета, но мы отказались даже от этого. Раз мы на все соглашались, неудивительно, что нас перестали воспринимать всерьез», — полагает Бартош Ковнацкий (Bartosz Kownacki) — депутат партии «Право и Справедливость» и адвокат нескольких семей жертв катастрофы.

Из-за пассивности польского руководства ключевые для расследования вещественные доказательства до сих пор остаются в России. Это не только обломки самолета, но и оригиналы записей бортовых самописцев. Согласно подписанному в Москве договору россияне могут (хотя не обязаны) вернуть их нам после завершения всех прокурорских и судебных действий. С этим наши восточные соседи не спешат. Раз в несколько месяцев в Россию летает глава польской Генеральной прокуратуры Анджей Серемет (Andrzej Seremet), пытаясь поправить то, что испортило правительство, однако пока ему не удалось привезти оттуда ничего, кроме пустых заявлений.

«Я бы не рассчитывал на какое-либо сотрудничество с Россией. Нет никаких шансов на совместное ведение расследование и выяснение правды. Хуже того, в настоящий момент нет даже шансов на возврат обломков самолета», — говорит Ковнацкий. По нашей информации, какое-то время Путин планировал вернуть самолет перед польскими выборами, чтобы Дональд Туск смог заявить о своем успехе. При равных шансах это могло дать его партии, «Гражданской Платформе», несколько процентов, которые помогли бы ей победить. Однако в итоге план утратил актуальность. «Мы все понимаем, что Туск кончился. Россияне, располагающие прекрасной разведкой и аналитиками, не станут его поддерживать. Их дипломатия прагматична, они не чувствуют себя обязанными возвращать долги даже тем, кому они многим обязаны», — добавляет депутат.

За ваш и наш газ

Тем временем под прикрытием смоленского тумана российские спецслужбы начали все смелее действовать на польской территории, стремясь вновь обрести влияние на экономическую и политическую жизнь нашей страны. Как удалось выяснить Uważam Rze, еще осенью 2007 года на стол Дональда Туска попал отчет Службы военной контрразведки (во главе которой стоял тогда Антони Мачеревич (Antoni Macierewicz)), касавшийся связей одного из кандидатов в министры с российскими спецслужбами. Тем не менее назначение состоялось. Российское влияние было также ощутимо в ходе позднейших газовых переговоров. Вице-премьер и министр экономики Вальдемар Павляк (Waldemar Pawlak) лоббировал за максимально длительный контракт, что противоречило планам по строительству газового терминала в Свиноуйсьце и разработке наших газовых месторождений. 12 февраля 2010 года Павляк писал в своем блоге: «Энергетическая безопасность — это надежные поставки по приемлемой цене. Поэтому долгосрочные контракты с ясной ценовой формулой выглядят предпочтительнее краткосрочных договоров и единичных сделок. Из этого исходит польское предложение, за которое я беру политическую ответственность: продлить контракт на 15 лет — с 2022 до 2037 года». К счастью, осуществить этот план Павляку не удалось: договор будет действовать только до 2022 года.

Россия начала агрессивную кампанию против планов добычи сланцевого газа в Польше, выделяя на черный пиар огромные суммы из кассы Газпрома. По данным Европейской комиссии, российские компании приобрели около одной пятой разрешений на разработку месторождений. Если Польша начнет добычу, Москва утратит монополию на поставки газа в Европу. Но путинские кагэбэшники давно усвоили мудрость китайского стратега Сунь-цзы, который учил, что исход каждой войны решается еще до ее объявления.

Россия поставила основной целью распространение информации о вреде разработки сланцев для окружающей среды. Руководители Газпрома тратят миллионы долларов на отчеты и исследования, демонстрирующие разрушительное воздействие на природу, а потом российская разведка инспирирует появление в прессе публикаций, которые призваны убедить в этом тезисе западную общественность. Российские дипломаты (офицеры) особенно активны в Брюсселе. Их стратегическая цель — повлиять на членов Еврокомиссии, чтобы страны ЕС ограничили (а еще лучше заблокировали) добычу у себя сланцевого газа. Самым впечатляющим успехом Москвы было проведение во французском парламенте запрета на использование одной из самых эффективных технологий разработки сланцевых месторождений (так называемого гидравлического разрыва пласта). Россиянам несложно разыгрывать экологическую карту, поскольку большинство европейских организаций «зеленых» берет деньги, не обращая внимания на их источник, и распространяет отчеты, не проверяя достоверность данных.

Проблему, кажется, видят только чехи. Экс-руководитель чешской военной разведки Андор Шандор (Andor Šándor) предупреждал на страницах Rzeczpospolita, что россияне обратились к экологическим рычагам, чтобы добиться мирового доминирования. На тему российской политики в этой сфере высказывался также бывший глава генерального штаба Чехии Иржи Шедивы (Jiří Šedivý), который подчеркивал, что россияне «постараются сохранить свою позицию поставщика». В Польше открыто говорил об этом только министр госказначейства Миколай Будзановский (Mikołaj Budzanowski), заявлявший, что «иностранные доклады, гласящие, что добыча сланцевого газа вредит окружающей среде, — это ложь и манипуляция, за которой стоят россияне».

Все в порядке

14 августа 2013 года Москва ввела очередные санкции, потребовав, чтобы польские грузоперевозчики покупали дополнительную страховку для гарантии уплаты таможенных платежей. Стоит она 1000 евро, а предлагает ее всего лишь одна российская компания (разумеется, государственная). Решение руководителя Федеральной таможенной службы Андрея Бельянинова нанесло серьезные убытки четырем тысячам польских транспортных фирм, в которых работает 20 тысяч водителей. О политическом характере нововведений свидетельствует факт, что ужесточение требований не касается перевозчиков из других стран, а одновременно напрямую нарушает положения Таможенной конвенции о международной перевозке грузов с применением книжки МДП. Об изменениях не была проинформирована вышестоящая организация — Международный союз автомобильного транспорта (IRU), хотя правила требуют сообщать о такого рода действиях за 15 месяцев.

21 августа Россельхознадзор объявил об ужесточении контроля ввозимой из Польши свинины, поводом для которого послужило обнаружение в польской фуре мяса испанского производителя, утратившего право на экспорт продукции в Россию. «Усиленный контроль» призван парализовать торговый оборот. Выгрузка каждой партии товара на границе замедлит перевозки и сделает их более дорогими. О том, что это лишь первый шаг, свидетельствуют сообщения российских СМИ. «Российская газета» уже сообщила, что Россельхознадзор предъявляет претензии к качеству польских фруктов и овощей.

Сложившаяся ситуация повторяет историю 2005 года, когда в польских фурах также было обнаружено мясо с фальшивыми документами, что привело к запрету на его поставки, а позже к расширению эмбарго на растительную продукцию. Осенью 2006 года оказалось, что обвинения в подделке документов были ложными. Прокуратура города Тарнув установила, что ветеринарные сертификаты на польское мясо «были подделаны русскоязычными лицами за пределами польской территории».

В игре с Москвой правительство Дональда Тууска избрало одну из самых худших тактик, делая вид, что оно не замечает проблем. Министр сельского хозяйства Станислав Калемба (Stanisław Kalemba) уже заявил, что россияне не пытаются нас дискриминировать, а каждая страна имеет право проверять ввозимые товары. «Мы полагаем, что сотрудничество с Россией развивается в положительном ключе», — убеждал Калемба. Попытки задобрить российского медведя не увенчаются успехом: игнорирование ухудшения отношений с Россией лишь обостряет ситуацию.

Менталитет россиян очень точно иллюстрируют воспоминания одного польского офицера, оказавшегося на Лубянке. После долгих мучительных допросов он почувствовал, что скоро сломается, и решил хотя бы погибнуть с честью: встал и со всей силы ударил энкавэдэшника. Но следователи вовсе не повели его на расстрел, а угостили чаем и с этого момента стали относиться к нему, как к достойному партнеру.

Оригинал публикации: Ofensywa Putina