Паспорт поручика Киже

Разговоры об изменении режима въезда в Россию - это новый раунд игры Кремля в двух следователей. Злой следователь – его роль отведена вице-премьеру Дмитрию Рогозину – морщится от вида таджикского поезда и обещает в ближайшее же время обеспечить въезд в страну исключительно по загранпаспортам. ФМС немедленно рапортует, что все готово – через полгода приступим-с. И тут на сцене появляется добрый, вернее, мудрый следователь – президент Владимир Путин, который и является инициатором "паспортной революции". И он обещает, что все будет так, как он и сказал, – с 1 января 2015 года, никак не раньше, чтобы друзья успели подготовиться.

На первый взгляд все выглядит весьма логично. Россия наводит порядок на границе, контролирует поток мигрантов, не допускает въезд по непонятным удостоверениям личности. Но Путину и Рогозину достаточно было бы хотя бы полчаса поработать с документами, чтобы убедиться: соглашения со странами Центральной Азии не предусматривают въезда в Россию по внутренним паспортам ввиду отсутствия там внутренних паспортов как класса. Из Киргизии, Узбекистана и Таджикистана в Россию можно въезжать по общегражданскому паспорту, который и есть загранпаспорт, - то есть по тому же документу, по которому жители этих стран пересекают все остальные границы. У киргизов есть вполне современные удостоверения личности, которые по степени контроля ничем не отличаются от загранпаспортов. У таджиков в ходу современный загранпаспорт с биометрикой. Российские пограничники нередко жалуются на старые таджикские внутренние паспорта, в которых еще нет биометрических данных, - как будто во всех загранпаспортах граждан самой России они есть.

Страна, граждане которой имеют право въезда в Россию по внутренним паспортам, – это Украина. При этом сами граждане Российской Федерации также могут ездить в туда по внутренним паспортам. И это решение регулируется двусторонним соглашением – как и взаимная договоренность о пребывании без регистрации по месту жительства на срок до 90 дней. И даже если Россия изменит свое законодательство, на режим пересечения границы это не повлияет, так как международные соглашения имеют приоритет перед внутренними нормами. Или же Россия должна будет расторгнуть соглашение с Украиной в одностороннем порядке. Это все, что может произойти 1 января 2015 года: россияне и украинцы лишатся возможности ездить друг к другу по внутренним паспортам (впрочем, такая возможность может сохраниться при пересечении украинско-белорусской границы, что лишит российское решение какого-либо практического смысла). Но ситуация со странами Центральной Азии не изменится ни на йоту – ни через полгода, ни через полтора. Потому что меняться нечему. Нет этого самого внутреннего паспорта, как никогда не было поручика Киже.

И вот тут возникает вопрос: как же это получается, что государственная машина работает вхолостую? Президент выдвигает инициативу в послании, вице-премьер осматривает вагоны, ФМС рапортует – а никакого смысла во всем этом не было и нет. Представить себе, что вся эта комедия на азиатской границе разыгрывается исключительно для того, чтобы наказать украинцев, тоже трудно. Прежде всего потому, что пострадают не только украинцы, но и россияне, в особенности жители пограничных с Украиной регионов – а их намного больше, чем тех, кто посещает страны Центральной Азии. Но тогда зачем?

А затем, что одно дело рассказывать о борьбе с мигрантами, а совсем другое – делать конкретные шаги. Ввести визы – это значит сказать самим себе, а заодно и россиянам, что Советского Союза больше нет. Да и многое ли изменят эти визы? Разве что превратят в миллионеров чиновников из консульских отделов, которые появятся при центральноазиатских посольствах России. Создать условия для легального честного труда приезжих – тоже плохой рецепт, потому что тогда людям придется платить по-человечески, а это не в интересах тех, кто превратил рабский труд в приводной ремень российской экономики. Тогда что остается? А остается мифический внутренний паспорт. Поручики же...

Виталий Портников19.04.2013