Виталий Портников: Пишущие человечки

Виталий Портников

Если побеждает ложь – то воцаряется такой мрак, что совершенно все равно, кто ты в такой стране – журналист, шахтер или пасечник. Ты – не гражданин.

В августе 1991 года мои коллеги из целого ряда изданий, закрытых ГКЧП после начала путча и возобновивших свою деятельность после его провала, написали письмо в защиту изданий, закрытых уже новой демократической властью России – прежде всего, разумеется, газеты "Правда". Предлагали это письмо подписать и мне. Я отказался. Я стажировался в "Правде" в студенческие годы и точно знал, что это никакая не газета. Я уважал многих коллег, с которыми свела меня судьба в этой редакции, но не сомневался, что тот высокий уровень профессионализма, который позволял им сопротивляться партийному катку, тем более позволит найти место в новой российской журналистике. Но сама "Правда" не заслуживала защиты: она была партийным департаментом оболванивания, шельмования и лжи. Она сама была ложью.

Коллеги – многие из них потом станут верными солдатами "олигархической" журналистики и доведут российские СМИ до того позорного уровня, который мы наблюдаем сейчас – со мной не согласились. Письмо возымело действие. "Правда" вернулась. Коллегу, который позволил себе в неразберихе революционных будней написать и опубликовать в газете извинение редакционного коллектива за семь десятилетий лжи и подлости, затравили и выгнали. "Правда" вновь стала "Правдой" – то есть Ложью. И постепенно отравила своим ядом все колодцы – потому что ее возвращение стало великолепным примером ненаказуемости лжи.

По сей день я горжусь тем, что не поддался соблазну коллективизма и не подписал того письма. Пусть меня называют врагом свободы слова, пусть вообще не считают журналистом – но я никогда не буду защищать тех, кто прикрываясь журналистскими удостоверениями и этой самой свободой, с которой они самоотверженно борются во времена авторитаризма, работает против своей страны и своего народа. Кто под маской объективности печатает пропагандистские вбросы. Кто, выдавая себя за мужественных расследователей, публикует заказанные сливы. Кто переезжает из страны в страну с балаганом нечистот, зарабатывая деньги на европейские резиденции. Кто предает своих зрителей и читателей ради трех минут славы по указанию из президентской администрации. Кто выбивается из сил, доказывая, что диверсанты и убийцы из какого-нибудь "Оплота" или "ДНР" – это просто "другая точка зрения". Кто не стесняется раздеваться на публике или вместе с уважаемым собеседником забираться в чужие постели – только чтобы хотя бы на несколько мгновений задержать наступление рассвета.

Пусть вся эта мерзость и называется украинской журналистикой, а я не считаюсь украинским журналистом. Пусть все это дерьмо разбирается у метро и отравляет колодцы наших душ с телевизионных и компьютерных экранов. Мне плевать.

Плевать потому, что я видел крах уже нескольких поколений лжецов и точно знаю, что правда в цивилизованной стране не может не победить. А если побеждает ложь – то воцаряется такой мрак, такое безумие, такое торжество "шариковых", что совершенно все равно, кто ты в такой стране – журналист, шахтер или пасечник. Главное – ты не гражданин . И нет никакой страны, а есть царство лжи. Как в России.

И я точно понимаю, что люди, которые сегодня выдают себя за украинских журналистов и сеют злобу, ложь и рознь и получили такое задание от своих хозяев – превратить нас в Россию. Каждый старается на своем месте – "зеленый человечек" в Крыму, "диверсионный человечек" в Славянске, "пишущий человечек" в киевской редакции и на экране.

Но у них не получится, если мы с вами не захотим. По крайней мере, я буду делать все возможеное, чтобы не получилось.