ЭХО МОСКВЫ.КОД ДОСТУПА С ЮЛИЕЙ ЛАТЫНИНОЙ.

Авторская программа Юлии Латыниной.

Ю.ЛАТЫНИНА: Добрый вечер. В эфире – Юлия Латынина. «Код доступа» как всегда в это время по субботам. И, конечно, абсолютное большинство вопросов у меня про закон царя Ирода, про депутатов Госдумы, которые проголосовали за запрет на усыновление российских детей гражданами США, каковые могут быть прекращены уже с 1 января 2013 года. Это хуже, чем преступление, это ошибка. Эта ошибка расколола элиту. Не общество даже – она расколола элиту сильнее, чем история с Pussy Riot. Это ошибка, которую совершил лично Путин – тут уже за Патриархом не спрячешься. 

Сначала немного цифр. 10% выпускников детских домов кончают жизнь самоубийством, а в наркоманов и алкоголиков превращаются 40%. Это официальные цифры. Неофициальные, вот, от Лены Спелман, девочки, которую в 13 лет усыновили американцы. Сейчас ей 20 и она пишет: «Из всего нашего выпуска только процентов 5 более или менее успешны. Остальные либо в тюрьме, либо на наркотиках, либо уже спились, либо их нет в живых». Девочке, напоминаю, 20 лет. 

Я цитирую Людмилу Петрановскую, психолога, специалиста по семейному устройству. Из этой тысячи детей в год, которые теперь ни к каким американским родителям не уедет, доживут до 18-ти далеко не все. До 30-ти мало кто. Изнасилованы будут процентов 60, избиты, мокнуты головой в унитаз – 80%, унижены, оскорблены – 100%. 

То есть, вот, учитывая, что за последние 20 лет граждане США усыновили 60 тысяч российских детей, получается, что Путин отвечает за принятие закона об убийстве и деградации как минимум 30 тысяч детей в течение следующих 20 лет (это по официальной статистике), а реально практически это 55 тысяч. 

Можно посчитать по-другому. В российских семьях с 1991-го по 2006-й год погибло 1220, а в иностранных 18 усыновленных российских детей. Напоминаю, статистика эта по 2006 году. С учетом числа усыновлений получается, что если русский ребенок усыновлен российской семьей, для него вероятность погибнуть в 39 раз выше, чем на Западе. Опять же, это только официальная статистика. Насколько она отличается от реальной, трудно даже себе представить, потому что я приводила уже в прошлой передаче заявление тогда замглавы генпрокуратуры Виктора Гриня, который сказал, что в Оренбургской области на 26 неразысканных детей приходится только одно уголовное дело, а в Пермской области на 27 пропавших ни одного. То есть, грубо говоря, в Перми можно было усыновить 27 детей, всех убить, сказать, что пропали и даже дела бы не было. То есть 39 раз – это минимум. А сколько на самом деле, 100, 200 – мы не знаем. 

Третье. Легко можно зайти в Google и посмотреть количество преступлений, совершенных в Америке усыновителями. Эту информацию... Разумеется, не делают различия между усыновляли вьетнамца или русского. И, вот, вчера я весь вечер и, собственно, все эти дни это читала, и 2 вещи меня поразили. Первое. Очень часто этих родителей оправдывают. Ну вот там Riley Owen Bilke умер 3 апреля 2004 года, отец его был обвинен в непредумышленном убийстве (он тряс ребенка), был оправдан. Александр Ганадонегро, тоже 4-летний ребенок, о нем заботились Джон и Вильет Улмер, умер от тупой травмы живота. Обвинен был отец, оправдан. 

Это не вопрос того, откуда дети – это вопрос американской судебной системы, потому что как и во всякой ситуации, когда ребенка ударили, сложно доказать, что был умысел. Вот, как докажешь? Тупая травма живота. 

Что самое важное? Это все частные случаи. Это дикие случаи абсолютно. Когда их читаешь, сердце разрывается. Была там пара, которая усыновила 76 детей и половина из них были там избиты, черт знает что с ними было сделано. Там девочку привязывали к кровати, пока она не захлебнулась рвотой. Кого-то к ведру с мочой привязали. Мальчика из Вьетнама заставили выпить ведро воды со стиральным порошком, потому что он был грязнуля. Вот, был 9-летний мальчик Брайан Эдгар, он умер от того, что задохнулся, потому что в него засунула его приемная мать носок. Она наказывала его так за то, что он печенье украл. И вот эта приемная мать Кристи Эдгар... Они были пасторами какой-то там христианской секты. Кристи Эдгар считала себя пророчицей, она утверждала, что это господь ей предписывает, чтобы вот так с детьми обращаться. 

Вообще, кстати, очень много религиозных фанатиков среди таких родителей. Но это все личные отклонения. Вот, как сектантку Кристи Эдгар, которая объясняла, что это ей господь велел носки засовывать в рты детей... Ну, см. товарищ Чаплин, который сказал, что дети, усыновленные американцами, не попадут в Царствие небесное. Вот, как Кристи Эдгар допустили усыновить 4-х детей, это вопрос. Но это личное и это расследуется. И каждый – это кейс. И каждый из них – это заголовки. 

Вот я хочу рассказать еще одну страшную историю, очень поучительную. Это история женщины, которую звали Лойес Юргенс. У нее было 6 детей приемных, над всеми она издевалась, одного Дениса она убила. Тетка эта была рождена в нищей семье из 16 детей и вышла замуж за миддл-класс. А дело было в 60-х годах. И она была всем полна желания доказать, что она – миддл-класс, образцовая хозяйка, она чистила дом, скребла, а детей у нее не было – не могла она иметь, у нее был чисто конкретный психоз, она в психушке сидела. Она усыновила первого ребенка. Тоже была очень религиозна. Он оказался такой, покорный мальчик, читал молитвы. Потом она усыновляет второго ребенка, которого звали Денис. И она реально помешалась. Это был нормальный ребенок, живенький. Она считала, что он не слушается господа, она там заталкивала в него редиску, когда он не хотел есть. Когда его вырвало этой редиской, она там заставила его съесть рвоту, она звала его толстяком при том, что он был на грани истощения. Она, простите за пример, она, поскольку он был грудничок и писался, она ему на пенис прищепочку надевала. Она его кусала в этом месте, к туалету привязывала. При этом, естественно, считала, что была примерной католичкой и выполняет работу бога. 

В конце концов, в апреле 1965 года она его убила. 1965-й год. Считалось тогда... Другая была Америка. Считалось, что ребенок миддл-класса – ну, это же там не какой-нибудь рабочей семьи, его убить не могут. Дело было закрыто. Правда, другого мальчика забрали из ее семьи, отдали бабушке. Бабушка сгорела. Судя по всему, ее как раз сожгла вот эта сумасшедшая женщина. Ребенка опять вернули в дом Лойес. Она усыновила еще 4-х детей, опять воспитывала их - то лбом по гвоздю в стене била, то засовывала им в рот использованную туалетную бумагу. В конце концов, все пятеро сбежали. 

Происходит уже 20 лет. 1986-й год. И возникает биологическая мать вот того самого Дениса, которая родила, когда была несовершеннолетней, от другого несовершеннолетнего. Но вот прошло 20 лет, она к этому времени от этого же отца родила еще 4-х детей, то есть там все как-то нормально было. И она хочет узнать, что с ее первым мальчиком. И все открывается. И тетке в 1986 году дают пожизненное. 

Почему я рассказываю эту историю? Потому что она в Америке, ну, как бы, суперистория. По ней поставлены бесчисленные романы, документальные серии. Борис Сигел написал по ней роман. NBC поставила по ней соответствующую телевизионную картину. Там есть какие-то документальные вещи. И эта история еще знаменует разницу между 60-ми годами, когда дома можно было делать, что хочешь, в Америке и 80-ми годами, годами политкорректности. Потому что... Тут я немножечко отвлекусь в сторону. Как ни странно, отношение к детям – оно очень менялось со временем. Ведь, просто вспомним, что XIX-й век – это время, когда к 5-ти годам умирала половина детей, а к 3-м – треть. И не было такого отношения к детской смерти как сейчас, потому что... Ну как? Мы даже уже никогда не узнаем, сколько из этих детей, которые половина умирала к 5-ти годам, были убиты родителям, потому что они как-то не были нужны. Тоже очевидно, какая-то часть была убита. 

И вот даже посмотрите у Данте. Нету специального круга ада для детоубийства, потому что детская смерть была достаточно обычной. И в России она, как ни странно, осталась достаточно обычной. А, вот, в Америке это абсолютное ЧП. И вот это главное, о чем я хочу сказать, потому что если в Америке мы знаем все случаи, когда, что и почему случилось с ребенком, то у нас это система. 

Если в Америке привязали младенца к кровати, это какой-то ужас. А у нас усыновленный американцами мальчик Джон Лахуцки из дома №10 на Новослободской – ну, там его привязывали к кровати регулярно, там он сидел как в клетке. А у нас это редчайший случай, чтобы вообще заговорили об истязании ребенка. Вот, вспомните единственный, кажется, случай, который, все-таки, стал известен – это история Глеба Агеева, которого приемные родители то избивали, то обваривали. Так, напомню, что было. У нас суд несколько раз вынес приговор о том, чтобы Глеба Агеева возвратить в семью, которая так с ним поступала, потому что, знаете, вот это очень хороший человек, он работал в аппарате правительства РФ, имеет благодарности от федеральной службы и мэра Воронежа. Омбудсмен Владимир Лукин был за то, чтобы вернуть Глеба Агеева его приемному отцу. И самое страшное, что сам Глеб Агеев был за. Вот тот самый мальчик, который рассказывал, как его мама обварила специально чайником, он был за то, чтобы вернуться к этой маме и к этому отцу. И это значит, что Глебу Агееву лучше было в семье, где его обваривают горячим чайником, чем в детском доме. Вот, что это говорит о детском доме? В конце концов, совсем недавно Верховный суд отказался возвращать мальчика. 

И понимаете, еще раз, в США каждый такой случай – ЧП, национальная новость. У нас даже не с чем сравнивать. Ну, нашли 17 трупов девочек около Нижнего Тагила. То ли 17, то ли больше. Оказывается, там банда воровала девочек и убивала. Уголовного дела о пропаже девочек нет. Ну, в Курской области пропали 4 девочки, уголовного дела нет. Потом через 10 лет собака случайно нашла их косточки: «А, ничего, - сказала прокуратура. – Да, действительно. Вот, 4 мальчика, с которыми они пошли гулять, их изнасиловали и убили. Но мы этих мальчиков оправдаем, потому что один из них теперь зять сотрудника ФСБ». 

И эти убийства не являются новостями. Не потому, что мы такие черствые, а потому что слишком много убийств. 

Проблема российских детдомовцев в том и состоит, что дети в российских детских домах страдают синдромом Маугли. Вот, как если бы они воспитывались волками или павианами, они потом оказываются не приспособленными для существования в обычном обществе. И, конечно, можно сказать «Ну, давайте сделаем нормальные условия в России и не будем отдавать детей на Запад». Но для этого просто сначала надо переделать государство. Это все равно как сказать «Знаете, давайте запретим иномарки и будем сами делать хорошие машины». Но для того, чтобы делать хорошие машины, надо переделать всю экономику. А если запретить иномарки, люди будут разбиваться сейчас. 

Вот, партия жуликов и воров не хочет довольствоваться званием только партии педофилов (а напомню, что педофилов там достаточно в ее рядах), и вот хочет прибавить к нему звание партии детоубийц. Вот, Валера Панюшкин замечательно заметил, что знает только 2 организации на свете, которые чтобы напугать врагов, гробят собственных детей – Хамас и «Единая Россия». Ну, исторически был еще царь Ирод. 

Что очень важно? Вот то, что произошло, это такой тест на верность и раскол российского общества. Это в точности та история, которая... Я ее люблю цитировать, которая произошла в конце династии Цинь при втором императоре династии Цинь, когда всесильный евнух, правящий во дворце, привел в зал оленя и сказал, что это лошадь. И, соответственно, все, кто подтвердил, что это лошадь, те были признаны верными, а все, кто сказали, что это олень, были признаны неверными. И вот это такой тест на оленя. Лично Путин ввел оленя и сказал, что это лошадь, потому что лично Путин заявил на прошлой неделе, что американцы убивают российских детей. Цитирую: «Нас возмущают не столько эти трагедии, сколько реакция властей, оправдательная реакция». 

Кстати, это достаточно нехарактерное поведение Путина точно так же, как и в истории со снятием Сердюкова и последующими коррупционными скандалами. Как это связано, с какими процессами внутри него это связано, это непонятно. Там, связано ли это со здоровьем, сложно говорить. Но, кстати, никто не обратил внимания, что, в общем-то, это идеальный электорат Путина. Вот эти 30, а то и 60 тысяч расчеловеченных детей – это сырье для Нашистов, это такие, верные избиратели. Они не умеют читать и писать, но умеют варить «Крокодил» и любить Путина. Такими не разбрасываются, тем более, что голосовать хоть за 500 рублей они могут хоть по 100 раз. 

И вот в истории с законом о детоубийстве мне кажутся очень важными 2 вещи. Вдруг выяснилось, что российская образованная элита, вернее, элита и партия власти или одна элита и другая часть элиты живут в разных мирах. Вот такое было после Петра. Аристократ говорит по-французски, читает Вольтера, мужик считает, что когда гремит гром, это Илья Пророк катается по небу. 

То есть, есть элита, которая представляет себе, что такое современный Запад. Он может нравиться ей, она может в нем видеть какие-то определенные недостатки. Но она примерно представляет себе, что Луна сделана не из голландского сыра. 

И есть верующие, вот, в главного стерха и злого пиндоса. Эти считают, что Луна сделана из сыра, что Илья Пророк катается по небу, американцы усыновляют российских детей, которые, цитирую интернет после соответствующей обработки, будут делать бомбы и сбрасывать их на Россию и что в США уже есть десятки детских домов, где живут русские дети, вывезенные из России под предлогом усыновления. 

Вот, есть книга «Дикие лебеди» - это автобиографическая книга китаянки Юн Чжан, дочери китайского номенклатурного чиновника. И в ней она вспоминает, как в 60-х, когда в Китае от голода умерло около 20 миллионов человек, она очень сочувствовала капиталистическим детям, которым нечего есть. 

Вот эти ребята живут примерно в этом мире. Вот, Евгений Федоров, депутат Госдумы. Цитирую: «Давайте мы определим статус российских детей в Америке. Это рабы. На них даже американское законодательство не распространяется так же, как на американских людей». Прямая законченная стопроцентная ложь. Светлана Горячева, тоже депутат Госдумы, цитирую: «60 тысяч сирот вывезено в Россию. Даже если 1/10-я часть детей-сирот будет замучена, использована на трансплантацию органов, то все равно хватит 50 тысяч, которые будут вербоваться для войны, даже и с Россией». Вопрос Светлане Горячевой. Десятая часть – это 6 тысяч детей. Можно назвать фамилии хотя бы 50? 

Вот, Екатерина Лахова, ее спрашивают «Скажите, пожалуйста, но в России есть большие проблемы с медициной». Ответ: «Никаких проблем нет в медицине». Это о чем? 

Наконец, Путин лично, да? Путин лично на пресс-конференции говорит, что людей, американцев освобождают от уголовной ответственности, их не желают даже рассматривать (дословная цитата). Может Путин назвать один случай, когда не рассматривали убийство российского приемного ребенка? Да, есть история Чейза Харрисона, которого у нас в России называют Димой Яковлевым, которого приемный отец оставил на солнцепеке в машине и тот умер. И суд признал отца невиновным. Но вы знаете, во-первых, просто Владимиру Владимировичу следовало попросить составить себе некую исчерпывающую справку, тогда бы он увидел, что абсолютное большинство этих родителей получают сроки. 

Там, Дэвид Полрейс, он же Константин Шлепин. 2 года, забили до смерти. Приговор – 18 лет. Нина Хилт, приговор – 25 лет тюрьмы без права на помилование. Коля Емельянцев, взят в семью Федором и Кимберли Емельянцевыми. Мать убила приемного сына, приговор – 15 лет тюрьмы без права на помилование. 

Если говорить конкретно о случае Димы Яковлева, есть очень большое количество случаев, когда американские родители забывают, к сожалению, своих детей (и своих, и приемных) в машине. В 2000 году инженер NASA забыл своего 9-месячного сына в машине, ушел на работу, признан невиновным. В 2002 Тод Костелло забыл 9-месячного сына в машине, признан невиновным. В 2008 году электрик Эндрю Кол Пеппер забыл своего двухлетнего сына, 3 месяца расследовали дело, назвали поступок отца трагической ошибкой. Всего с 1998 года 556 американских детей забыто американскими родителями в машинах и там погибли. Дела, в среднем, заводятся в 60% случаев и, в общем-то, понятно, потому что в большинстве случаев это такое несчастье для отца (не важно, приемного или не приемного), что уж чего его там наказывать? 

Владимир Владимирович сказал на пресс-конференции несколько удивительных вещей. Он сказал «Российских представителей фактически не допускают на эти процессы». Вопрос: американский гражданин убил американского ребенка. Причем здесь судья Боровкова? Владимир Владимирович заявил, что американцы включили дурочку, потому что, вот, мол, мы заключили соглашение между двумя странами. А когда речь идет о его выполнении, американцы говорят, что это все на уровень штатов. Но простите, но вопросы опеки и усыновления в Америке юрисдикция штатов. Как может российский президент это не знать? 

То есть это, вот, XXI-й век, это утверждение на уровне того, что евреи отравили колодцы или врачи распространяют холеру. И когда у нас там Чаплин говорит, что усыновление иностранцами закроет детям путь в Царствие небесное, это же, вот, дословно из XVI века. Ну, конечно, как раз они перестанут быть православными, то и не попадут в рай. 

То есть вот это система верований: Путин – главный стерх, за границей земля одноногих людей. Попытаться разубедить этих людей – все равно, что пытаться убедить Папу Римского, что кровь не превращается в вино. Это их символ веры с той только разницей, что развитая вера содержит там некий свод нравственных запретов, а вот эта вот мифология доброго стерха и злого пиндоса дарует всем сынам стерха тотальное дозволение брать взятки, давить чернь на дорогах. Вот теперь приносить доброму стерху на алтарях в жертву детей. 

И, кстати, не забудем, что все это случилось в ответ на список Магнитского, на то, что... Ну ладно, в России много убивают людей, значит, не важно, что убили еще одного Магнитского. Ну так, на минуточку, те люди, которые убили Магнитского, украли 250 миллионов долларов из российской казны. То есть получается что? Террорист говорит человеку «Я буду убивать на твоих глазах своего ребенка, если ты не перестанешь интересоваться, куда мои сообщники украли деньги». 

Вот это одна вещь, которая мне кажется важной. Как я уже сказала, что это абсолютный такой раскол элиты российского общества. А вторая важная вещь мне кажется вот какой. На прошлой неделе Координационный совет оппозиции потратил выданный ему кредит доверия на проведение, мягко говоря, немноголюдного флешмоба. Координационному совету показалось, что во всей России нет другого повода для демонстрации, кроме как «протесту годик с лишним». 

И посмотрите. Ну, пришло туда, ну, 2, ну, 3, ну, хорошо, ну, 5 тысяч человек. Буквально через день началась история с людоедским законом. 100 тысяч человек «Новая газета» за 1,5 дня собрала подписей. То есть сказать, что негодование общества велико – ничего не сказать. Потому что закон умудрился расколоть общество не по признаку «Лояльность, не лояльность», а по признаку «Средневековье или здравый смысл». Несколько министров высказались против закона. Вот, представьте себе, что если бы вместо акции 15 декабря собрать митинг у Думы в день принятия закона. Но, к сожалению, получилось так, что кредит доверия, который истрачен был 15 декабря, нельзя было уже потратить на акцию 19-го и 20-го. Это урок Координационному совету. Это ни в коем случае как раз не свидетельство того, что протестное движение в России слито или как-то ослабло, потому что, вот, например, самый простой пример. Обратите внимание, Алексей Навальный объявил очередной сбор средств и средний размер пожертвований в 1,5 раза выше, чем в прошлом году. Перерыв на новости. 


Ю.ЛАТЫНИНА: Добрый вечер. Опять Юлия Латынина, «Код доступа» и, продолжая историю о детях, еще одна история, которая прозвучала бы, наверное, очень громко, если бы все не затмил людоедский закон. Это история о гибели ребенка Аксаны Пановой, нерожденного ребенка. Ребенка Аксаны Пановой, экс-главы Ура.ру и Евгения Ройзмана, главы фонда «Город без наркотиков». Нежизнеспособный плод, искусственные роды. Аксана перенесла 2 операции на сердце и сразу надо сказать, что ребенок тоже должен был родиться с пороком сердца. Если бы он родился, ему сразу бы понадобилась операция. И если бы Аксана лежала на сохранении, все могло бы быть иначе. 

Но она лежала не на сохранении, она ходила по допросам. Сразу после смерти ребенка МВД вдруг сообщило, что, оказывается, уголовное дело против нее прекращено. Но при этом это уголовное дело было прекращено еще дней 20 назад. То есть уголовное дело было прекращено, ребенок умер и только после этого сообщили. 

Вот, формально киллерами следователей назвать нельзя, потому что, согласитесь, ребенок все равно был нездоровенький. Но меня интересуют не исполнители, меня интересует, в общем-то, простой вопрос. Чем объяснить одновременное преследование Евгения Ройзмана и беременной Аксаны Пановой? Ну, с Ройзманом – да, понятно, власть периодически недовольна тем, что он борется против наркотиков. Но, вот, что такое случилось, чтобы Ройзман и беременная Панова одновременно чем именно и кого во власти задели? 

Второе. Помимо официально уголовных дел, возбужденных против Пановой, в интернете появились сайты, посвященные ей и ее роману с Ройзманом. Они полны какой-то вот там зашкаливающей личной ненависти. Там, в них содержится совершенно невероятное утверждение, что, типа, например, из невинных младенцев, так и не рожденных Пановой, можно было бы обустроить небольшое кладбище. То есть от этих сайтов несет не политическим заказом, не борьбой с оппозицией – это такая, личная ненависть отвергнутого самца, которому предпочли Ройзмана. 

Ну и, соответственно, возникает вопрос. Какой именно самец в Свердловской области настолько могущественен, чтобы все посыпалось на Ройзмана и Панову одновременно, чтобы Минимущества Свердловской области вдруг захотело отнять у фонда «Город без наркотиков» здание, чтобы гендиректор контролируемой областной властью телекомпании ОТВ написал на Панову заявление о вымогательстве? Там же, ведь, происходили невероятные вещи. Там разгромили, там, забрали Ура.ру. Аксана создала другой сайт Знак.ком. Вся команда ушла из Ура.ру в Знак.ком. Это же понятно, каким авторитетом должен пользоваться человек, если вся команда в такой ситуации уходит. Так там уже ФСБ допрашивает журналиста, потому что журналист написал статью, спросил о том, как же губернатор Куйвашев мог получить диплом Московского пограничного института ФСБ, если в годы предполагаемого обучения он работал на севере, в Западной Сибири оператором бетономешалки, да? Там заводятся уголовные дела на каких-то блогеров, которые что-то написали по этому поводу в интернет. 

Вот, возникает вопрос: кто тот местный альфа-самец, который решил проучить сучку, как отказывать настоящим мужчинам? Вот, мне бы очень хотелось, чтобы губернатор Куйвашев ответил на вопрос, кто этот всесильный самец в Свердловской области. 

Еще 2 истории, которые случились на этой неделе, которые хотя, и не с детьми случились, но очень хорошо показывают, что стоит жизнь человека в России. Они меня чрезвычайно поразили. Первая – это история про менеджера Хитачи Якова Фоминых, который был убит после того, как сходил на разбор в ГИБДД по обвинению в наезде, в котором он не участвовал. Дело в том, что, ну, по крайней мере, на месте людей, ведущих уголовное дело, я бы первым делом заинтересовалась инспекторами ГИБДД как соучастниками, устроителями этого преступления, как возможными соучастниками. К сожалению, у нас бывают такие случаи. Вот, у нас только что господина Павлюченкова осудили за организацию слежки за Анной Политковской с помощью официальных сотрудников наружки. Это была специальность господина Павлюченкова. Он постоянно сдавал в аренду наружку, членам собственной банды именно для таких вещей. И, соответственно, возникает вопрос. Ну, у нас очень плохо расследуются разные наезды. Вот, что же это побудило гаишников, когда к ним явился или якобы явился человек со словами «А, вот, человек с таким-то номером машины ударил мою машину», вызвать этого человека, вызвать Якова Фоминых на разбор? 

Вторая фантастическая история – это, конечно, история про петербуржца Коченева, который по словам 4-х свидетелей, которые работали в управлении исполнения наказаний, врезался на автомобильной дороге в их машину, а потом зарезал себя пятью ударами, из которых четыре пришлось точно в сердце. 

Уже достаточно ясно, что речь идет об автоподставе, что в ней участвовали и какие-то кавказцы. Но поражает другое. 4 человека сказали как свидетели «Мамой клянусь». И эти люди работают в правоохранительных органах. «Мамой клянусь, этот нехороший человек на нас набросился, а потом стал бить себя ножом в сердце». Хотя, уже по итогам судебной экспертизы совершенно очевидно, что не бьют себя самоубийцы ножом через одежду, не бьют себя самоубийцы ножом в сердце 4 раза. Там, 4 раза было смертельных, 5-й вот такой. 

Ну, слушайте, это... Это лицо российской правоохранительной системы, потому что, в общем-то, понятно, что если человек лжесвидетельствует и говорит, что «он на моих глазах 5 раз себя зарезал», то этот человек является убийцей или, по крайней мере, соучастником. 

Еще у меня несколько вопросов. Один вопрос, собственно, о пресс-конференции Владимира Владимировича. Ну, честно говоря, я не поняла, зачем Путину было проводить эту пресс-конференцию, потому что перед этим он провел встречу с доверенными лицами, перед этим он провел выступление свое ежегодное. И такое впечатление, что пресс-конференция была не подготовлена. Я там рекомендую блистательный пост Наганова о том, что Путин на этой пресс-конференции слишком много отвечал «Я не знаю». Ну, получается, что ничего не знает Путин. Про Магнитского не знает, про закон о детях деталей не знает, про воровство в Минобороны не знает, про то, кто и как арестован за Болотную, не знает. А, вот, что он знает? Он знает, что в России 55% мировой пашни. Ну, вообще-то, в России 10% мировой пашни и 1,5% от мирового сельскохозяйственного производства. 

В общем-то, для меня, конечно, итогом этой пресс-конференции была история с Марией Соловьенко, которая в 2007 году начала свой вопрос Владимиру Владимировичу «Здравствуйте, несравненный Владимир Владимирович», а сейчас сказала «Спасибо, Вова». Я не буду оценивать, правильно ли говорить действующему президенту РФ «Спасибо, Вова», но проблема-то заключается в том, что, вот, оно мнение народное. Шендерович-то – он и в 2007 году Владимира Владимировича несравненным бы не назвал. А тут, понимаете, вот, от «несравненный» до «Вова». 

Еще одна история, которая, на мой взгляд, недооценена оказалась из-за скандала о детях – это история с Януковичем, который приехал в Москву, а Путин его не принял. И, конечно, можно сказать, что Путин не принял Януковича, потому что тот отказался подписать соглашение о вступлении Украины в Таможенный союз в обмен на скидки на газ, а вместо этого хотел получить скидки за бла-бла-бла, вот, мол, вступлю... Но я боюсь, что действительность может быть несколько обидней, потому что «проффессор» Янукович (через два «ф»), судя по всему, использовал переговоры о вступлении в Таможенный союз (а там все уже было обговорено в деталях) для шантажа Европы. За пару лет до поездки в Москву Януковичу позвонил Баррозу. В результате этого звонка бесконечно переносившийся саммит ЕС-Украина был назначен на март. То есть как и в случае матча Путин-Лукашенко, вот, в матче Путин-Янукович кидала играл с кидалой, а кидалы могут выигрывать только у лохов. 

Вообще можно заметить, что у нас все страны наши внешние делятся на плохие и хорошие для Кремля, и следующим образом. Хорошие – это страны, с президентом которых можно договориться по бабкам, а плохие – с которыми нельзя. Ну, соответственно, в числе хороших там Сирия, Ливия (ну, Ливия входила), в число плохих Америка или Франция. И проблема заключается в том, что вот те хорошие, с которыми можно договориться по бабкам, они все время кидают. То есть история с Януковичем – это такая хорошая история о целях российской внешней политики, потому что, ну, не секрет, что Кремль сделал все, чтобы не допустить победы Ющенко и все сделал для его смены, хотя, конечно, больше, чем Ющенко, оказавшийся слабым и мелкокоррумпированным демагогом, не сделал для своего собственного поражения никто. 

Путин не ставил на Януковича, Путин ставил на то, что останется Кучма. Вообще вся история с уходом Кучмы была очень сложной политологической конструкцией, которая выглядела со стороны примерно так: «Давайте сблокируемся с Донецкими, выставим на выборах Януковича. Это будет как раз тот человек, который почти пройдет. Но он вызовет такое раздражение, что выборы можно будет признать нелегитимными, оставить во главе страны Кучму». Ну, как всякая сложная диспозиция в реальном бою она оказалась неэффективной. То есть важно понимать, что Путин был не на стороне Януковича, он был, скорее, на стороне Кучмы. На вторых выборах Путин тоже явно ставил на Юлию Тимошенко. О чем они там лично договаривались помимо высокой цены на газ, что, когда они подписывали соглашение, мы вряд ли узнаем. 

Но дальше-то произошло 2 простых вещих. Вот, несмотря на то, что «проффессор» Янукович по своему внутреннему кругозору и кругу интересов вполне конкурентен Путину, Чавесу, он не может не стать ни Путиным, ни Чавесом, потому что Украина – не Америка, но она и не Россия, в ней нет нефти. А так как нефти в ней нет, то в ней большое количество реальных промышленных тяжеловесов, которые продают свою продукцию в Европе, которые не могут позволить, чтобы Европа наложила на Украину санкции. И, опять же, Европа – она трусливая, она готова с радостью терпеть ядерно-нефтяного Путина. Но она очевидно отыгрывается на Украине. Ну, как герой чеховского рассказа, который отыгрывается, будучи унижен начальством, на своем сыне-гимназисте. 

И получается, что Янукович и сам не хочет закрывать задницей дверь в Европу, потому что закрыть дверь в Европу – это, значит, стать вассалом Путина. А зачем это нашему «проффессору»? 

То есть у путинской политики по отношению к Украине было, как бы, 2 цели. Одна – глубоко личная, нагадить оранжевым, снести Ющенко. Но почему? Не почему – потому что так хочется. Цель полностью удалась. Вторая цель – скупить Украину. Вот тут коса нашла на камень, потому что оказалось, что Украину не продает ни Янукович, ни Фирташ, ни Ахметов. И первые встречи, раунд встречи кидалы с кидалой состоялся, если вы помните, когда были подписаны соглашения по Черноморскому флоту в обмен на скидку на газ. Вот, вскоре после этой встречи на Украину из российского правительства одна за другой пошли бумаги о том, кто именно чего хочет купить. Такие бумаги, понятно, сами не приходят. Явно они оговаривались между Путиным и Януковичем, и вот что примечательно. Украина ничего не продала, то есть Путина кинули. Соответственно, отношения начали портиться. Вот, во время одного из последних визитов в Крым, когда Путин вместо встречи с Януковичем поехал там на встречу с байкером Хирургом, а после демонстративно объявился на банкете у Медведчука. То есть это человек, который был одним из главных посредников между Путиным и Тимошенко, и одно имя которого вызывает у Януковича аллергию. 

И вот нынешняя невстреча – закономерный итог всей этой истории. И важно в ней следующее. СССР в свое время, не имея, чем кормить своих граждан, запускал в космос ракеты, устраивал революции по всему миру и был сверхдержавой, хотя бы и на глиняных ногах. Вот, у нас сейчас на территории СНГ Кремль пытается устроить такой карликовый СССР. Причем, преследовались 2 цели. Во-первых, затушить всякие оранжевые революции, во-вторых, заставить эти страны продать Газпрому трубопроводы. И все это называлось «Возрождение влияния России», и возрождение это кончилось пшиком. Там, Литва жалуется на Газпром в Стокгольмский суд, батька Лукашенко в очередной раз, получив богатый калым, в очередной раз пытается бежать из-под венца. Вот, даже «проффессор» Янукович кинул. То есть оказалось, чужими трубопроводами, все-таки, сложнее овладеть, чем посадить Ходорковского. 

И 2 вопроса у меня. Один про приближающийся конец света, на который я не могу не ответить. Вернее, он уже, по-моему, кончился, этот конец света. Но, по-моему, это просто прекрасно. Майя не знали арки, цемента, железа, металлов, колеса, зато они знали дату конца света. Фигня вопрос. Майя считали, что в году 365 дней. Они считали, что мир состоит из 3-х слоев – верх, низ и середина. Они практиковали человеческие жертвоприношения. Жрецы их вырезали сердца люде обсидиановым ножом. Их идеалом формирования мозга было прижать ко лбу молодого ребенка дощечку (они навеки деформировали мозг)... Ну, правда, тут вот еще наша Госдума, конечно, как-то недоработала – могла бы и такой закон принять. Вот этим деформированным мозгом они догадались, когда будет конец света. А потом люди в Кирове, хотя и без дощечек, привязанных к мозгу, читают и верят, что древние Майя знали, когда будет конец света. И потом эти люди там еще за кого-то голосуют. Супер, по-моему. 

Еще один вопрос, который меня спрашивают по интернету, - это история про Жерара Депардье, который выписывается из Франции в Бельгию. Ну, вот это из серии моих любимых историй о том, что фактически президент Франсуа Олланд выгоняет из Франции Депардье, чтобы отдать его деньги, условно говоря, арабской матери с 5-тью детьми. И это история, которая... Заметьте, что Жерар Депардье не уезжает куда-нибудь в Монако, где он будет платить нулевые налоги. Он уезжает в Бельгию, где, на самом деле, огромные налоги, где он половину своего состояния тоже будет отдавать на налоги. То есть Жерар Депардье согласен платить половину. Но он не согласен платить больше 75%, потому что там, на самом деле, налог на имущество не 75%. Это только сверхдоходы 75%. И там куча всего еще остального. 

То есть это история о том, что если у вас есть очень богатая демократия и если у вас есть большинство, которое начинает использовать свое право для голосования для получения ренты, то дело может кончиться очень плохо. 

 +7 985 970-45-45. И я хочу поговорить напоследок о прекрасном и лично мне приятном. Я хочу поговорить о романе Акунина «Черный город» - это новый роман о Фандорине. На этот раз Фандорин отправился в Баку, там с ним случилась та же история, что с Холмсом у Рейхенбахского водопада. И я хочу поговорить о двух вещах. 

Во-первых, очень поучительная история появления этой книги. Несколько лет назад Искандер Махмудов, совладелец Уральской горно-металлургической компании предложил Борису Акунину, собственно, и отправить Фандорина в Бухару. Ничего плохого при это мне имелось в виду, просто Махмудов – поклонник Акунина, он – узбек, он полагал, что обе стороны от этого выиграют. Вот, наконец, российский читатель что-то через Фандорина узнает о Средней Азии. 

Ну, они встретились. Акунин, естественно, истинный российский интеллигент, от помощи олигарха он отказался, но идея послать Фандорина в Бухару запала Акунину в душу. Начал сам копаться, прочел там с пометками всех классиков узбекской литературы, накопал себе кучу ссылок. И затем он явился в Узбекское посольство и попросил помощи, ну, какой-то технической организации визита. Тем самым он пренебрег первейшим правилом восточной дипломатии о том, что точка выхода должна соответствовать точке входа. 

Ну, узбекские чиновники его встречают там мелкие, спрашивают «А в чем дело?» - «Ну вот я хочу отправить Фандорина в Бухару». Чиновники, естественно, понятно, страшно заопасались, не подорвет ли книжка устои, потребовали, что там Фандорин в Бухаре будет делать, точное расписание. Точного расписания Акунин не знал сам. 

Причем, Акунин упомянул, что ему может помочь Фонд, принадлежащий одной из дочек президента Каримова. Причем, об этом Фонде, видимо, упоминал и Искандер Махмудов. Но у Каримова 2 дочки – с одной дружит Искандер Махмудов, с другой – Алишер Усманов. А между собой Махмудов и Усманов, 2 крупнейших узбека в России не совсем дружат. И завязалась вот эта какая-то безумная восточная интрига, потому что сразу из этого выросла масса слухов, что, вот, Акунин хочет опорочить великий Узбекистан. Ну, Акунин, естественно, от которого потребовали сценарий романа, плюнул, не поехал. Скандал тогда просочился в печать и Ильхам Алиев, президент уже Азербайджана немедленно сделал выводы и пригласил Фандорина в Баку, разумеется, без всяких предварительных требований сценария. 

Кстати, об этой истории упоминается в самом романе – там по сценарию снимают фильм, и режиссер говорит, что «Вот, должны были мы снимать в Бухаре, но потребовали сценарий и поэтому мы теперь снимаем в Баку». 

И, конечно, я должна сказать, что Ислам Каримов может кусать локти, потому что такого гимна раннему революционному Баку, который спел Акунин, в российской литературе не было. Колоритно, интересно, познавательно. 

А говорю я обо всем этом в публицистической передаче, потому что у меня к роману есть 2 претензии. Одна чисто техническая. В черном городе Фандорин все больше превращается из Шерлока Холмса в Джеймса Бонда, и там вместо того, чтобы действовать головой, действует кулаками, постоянно попадает в ловушки, очевидные для читателя, откуда с кулаками и выбирается. В общем-то, это неправильно, потому что в детективе сыщик должен быть умнее читателя, а не наоборот. Ну, понятно, что для такого технически изощренного писателя как Акунин это претензия преодолимая, а, вот, хуже с другим. 

Классический детектив (а Фандорин начинал как классический Шерлок Холмс) – это история о том, как в некотором, вообще-то, правильном мире порядок был нарушен, а сыщик его восстановил. Вот, у Конан Дойля преступление – это частное исключение, это нарушение порядка в упорядоченном мире, а Шерлок Холмс – это восстановитель равновесия. Вот, меня лично этим и покупал ранний Фандорин, потому что это был такой Конан Дойль об императорской России. Это были книги, которые не могли появиться в начале XX века, потому что в начале XX века наша интеллигенция считала, что императорская Россия – это зло, которое должно быть разрушено, и даже в голову ей не могло прийти, что какой-то жандарм или частный жандарм будет гоняться за революционерами и при этом будет положительным героем. 

Так вот в последних книгах и, в частности, в «Черном городе» Фандорин все больше перестает быть солнечным героем, Холмсом, восстанавливающим равновесие, Гераклом, поражающим Гидру, а все больше начинает походить на героев японского эпоса, которые борются против рока и в конце, несмотря на все свои великолепные качества, терпят неудачу и смерть. Это смешение жанров. Конан Дойль плохо сочетается с Хэйкэ-Моногатари, и Песней о Ёсицунэ. Понятно, от чего оно происходит – от изменения взгляда писателя на Россию. Если в первых книгах при Фандорине императорская Россия – это был некий утерянный золотой век... Да, там были дураки, убийцы, воры, но, все-таки, золотой, совершенно противоположный Советскому Союзу. То в последних книгах этот золотой век превращается просто в первый вариант Совка. Российское государство областно, оземно, огромно, чавкая, перемалывает даже своих жертвенных спасителей, Эраста Фандорина, например, и в «Черном городе» дело складывается так, что рок и революционеры не дают Фандорину предотвратить не больше, не меньше как Первую Мировую войну и гибель империи. 

Против мировоззрения уже не попрешь, это уже не техническая погрешность. Впрочем, конечно, даже обреченный Фандорин интереснее триумфального Пупкина, а Исламу Каримову остается лишь завидовать пронырливому коллеге Алиеву, а нам надеяться, что Фандорин, все-таки, побывает в Бухаре. Всего лучшего, до встречи через неделю.