Похороны Ступки, «Янукович, чтоб ты сдох!» или “Не тот в гробу лежит”

Французскую революцию спровоцировала фраза королевы: «У народа нет хлеба? Пусть едят булочки». Февральская революция в России началась с бунта голодных женщин, не дождавшихся подвоза муки в хлебной очереди. Сегодня в полдень Украина была на грани локального бунта не из-за хлеба, а из-за зрелища. Отвратительного в своей сути зрелища «внеочередного» прощания Януковича и Азарова с покойным Богданом Ступкой. Что-то надломилось в наших безразлично-терпеливых людях. Острая потребность в духовном лидере (коим после своей смерти предстал Ступка) вынудила десятки тысяч людей податься к театру им. Франка. Последний раз такая толпа была на похоронах Лобановского. И тут появились ОНИ. Паханы. И вызвали огонь на себя…

О том, что происходило под театром на самом деле, на удивление честно описала ахметовская газета «Сегодня». Даже не знаю, была ли эта правда санкционирована сверху или это творческий подвиг журналистов, в ней работающих. Заметка, появившаяся в 14.51 так и называлась «Из-за Януковича и Азарова к Ступке не подпускали людей». http://www.segodnya.ua/news/14414805.html.

 

Сам текст достаточно нейтральный, но в нем есть зерно истины: церемонию прощания действительно останавливали дважды — один раз около 11 утра — для Януковича, другой раз — после 12.30 для Азарова. Кстати, продлевали время прощание тоже не столько ради людей, устроивших бучу под дверями театра, сколько из-за Азарова, который не успел приехать до назначенного ранее часа Х.

«Украина проводила в последний путь актера театра и кино Богдана Ступку. Церемония прощания проходила в театре имени Ивана Франка, который Богдан Сильвестрович возглавил в 2001 году.

Проститься с Богданом Ступкой прибыл и глава государства Виктор Янукович, который для этого прервал свой отпуск в Крыму и прилетел в Киев.

Из-за руководителя страны простые люди не могли попасть в здание театра до тех пор пока Янукович не покинул его. Это вызвало возмущение среди тех, кто пришел еще ранним утром и ждал в очереди, чтобы попасть к гробу актера.

Стоявшие под жарким солнцем люди возмущались: “Чего он приехал? Он хоть видел его спектакли? Знает, какие роли он играл?”.

Между тем, доступ желающим проститься с актером перекрыли еще раз – на этот раз из-за приезда премьер-министра Николая Азарова.

Представителей власти можно определить по цветам – они кладут к гробу большие букеты бархатных роз. Цветов настолько много, что через каждые 2-3 минуты, их убирают и перекладывают в другое место, оркестровая яма полностью усыпана цветами.

В самом театре гроб с телом актера установили на сцене. Рядом с ним расположился почетный караул и семья Богдана Сильвестровича. Люди, шедшие сплошным потоком, сначала клали цветы у основания сцены, а затем шли к гробу. Многие плакали, не сдерживая слез.

Проводить Богдана Ступку в последний путь пришли многие актеры театра и кино, политики, народные депутаты, общественные деятели, в том числе бывшие президенты Украины Леонид Кучма и Виктор Ющенко.

Поклонники таланта актера сначала клали цветы, а потом поднимались на сцену, говорили слова соболезнования родным и близким, после этого подходили к гробу. Через каждые полчаса на сцене театра, где стоит гроб, менялся почетный караул.

Работает два входа, один для VIP-персон, другой для киевлян. У второго входа в театр образовалась давка. Следует отметить, что прощание должно завершиться к 12.30, однако желающих проститься очень много.

Из-за большого количества людей, было принято решение продлить церемонию прощания на один час – поток людей был не иссякаем, очереди пришедших почтить память актера тянулись вдоль прилегающей к театру улице Архитектора Городецкого..».

Если бы у Хама и его свиты были мозги, если бы дорогостоящие уроки Манафорта пошли им на пользу, они могли бы использовать сегодняшнее утро для редкой возможности слиться с народом в едином порыве отчаяния. Но… «Медведя лет пяти-шести учили как себя вести. Но видно воспитатели напрасно время тратили». Это не про Медведева, это про наших «верховников».

Пацаны чисто не унюхали, что у народа внезапно возникла и стала нарастать в геометрической прогрессии потребность в духовном авторитете. Захотелось услышать что-то мудрое и правильное, увидеть, в какую сторону следует повернуться, дабы иметь шанс увидеть свет в конце туннеля. Потому что дальше так жить нельзя. Это уже за пределами добра и зла.

И тут «подвернулась» трагическая кончина гениального Ступки. По всем телеканалам крутили его остроумные высказывания, его «Людіна на литає, але кріла має». И массы как прорвало. Официально говорят, что под театром стояло 5-7 тыс. человек. Неофициально — 25 тысяч. Скорее, второе, просто не всем хватило терпения достояться в очереди и войти внутрь.

К 10 утра толпа, начинавшаяся от выхода из метро «Крещатик», уже заполнила прилегающие улицы и вплотную приблизилась к резиденции Его Величества Президента. Организаторы явно такого не ожидали.

Потом журналисты напишут, что в очереди были старушки, купившие билет на поезд на последние пенсионные деньги. Молодые люди, которые не пошли сдавать вступительные экзамены, чтобы проститься со Ступкой. Были фаны «Динамо», которых недавно обвинили в провоцировании драки с «арсенальцами». Кстати, в очереди говорили, что это ментовские провокации, чтобы перед выборами получить доступ к компьютерам и офисам оппозиционного «динамовского» сообщества и разорвать поодиночке. Речевка «Спасибо жителям Донбасса…» не забыта. И никто не забыт из ее авторов. В общем, пришли самые разные люди, и очень быстро их объединило общее чувство глубокой ненависти к власти.

 

Чтобы достигнуть подобного эффекта, «вертухаи этикета» с Банковой приложили все имевшиеся в их распоряжении силы. Вскоре после открытия церемонии прощания она была прервана почти на час. Ждали пока Дон неКарлеоне прибудет (наверное, из аэропорта) по специально проложенному для него «дорожному коридору».

В это время заходили только вип-персоны. Пинчук с Кучмой, Кулиняка с Ганей Герман и прочие дорвавшиеся до власти лица. Заходили неспешно, прощались, позируя перед фотообъективами. Народ ждал.

И тут появился Янукович. Вернусь еще раз к его американским консультантам. Не сомневаюсь, что они не советовали создавать вакуум и давать возможность боссу государства постоять у гроба великого артиста в тщательно зачищенном от посторонних лиц помещении.

В мире вообще и в Америке в частности прекрасно отработана технология, когда лидеры приходят на подобные мероприятия ВМЕСТЕ со своим народом. Конечно, никто не заставит их стоять в очереди, никто не закроет дверь перед носом. Но и не станет отсекать поток искренне скорбящих ради формального появления одного человека. Так было, когда королева Англии вышла «помянуть» Диану перед Букингемским дворцом. Так же хоронили всех американских президентов, от Кеннеди до Рейгана.

Если бы Янукович прошел через толпу, обнял какую-то плачущую старушку, в общем, слился с народом, ему простили бы (пусть на миг) многое, из того, что он успел натворить. Но он вошел через «черный ход» и вышел так же. И тем самым спас себя от шанса услышать, что о нем говорили люди. А слова были не столь безобидные, как написал газета «Сегодня». Размышления на тему, что «не тот в гробу лежит», присутствовали в широком разнообразии вариантов.

Еще больше досталось Азарову. Потому что он был не первым, а вторым, ради кого остановили церемонии. Причем, сделали этот в тот момент, когда толпа уже пребывала в паническом отчаянии, что «попадут не все», и потому была наэлектризована. Азарову в ассортименте желали нездоровья. И это было страшно.

Скоро после этого произошел «бунт в дверях» и попытка толпы прорваться в театр. Говорят, чуть не до смерти задавили женщину, растоптали несколько упавших букетов. Еще чуть чуть и люди ринулись бы на Банковую — бить стекла в администрации президента. Такой сильной была волна всеобщего негодования.

После этого я поняла, что не так уж плох нынешний слоган “комми”:  «При наших дедах за такое сажали». Буквально вчера я спорила с подругами-пиарщицами, что возврат к прошлому и намек на сталинские методы — это не лучший пиар-ход. А теперь понимаю: народ изголодался по расстрелам и веревке. Очень хочется украсить фонарные столбы отдельными персонами из власти. Есть много желающих бесплатно потрудиться в расстрельных командах. Лозунг «Достали» звучит в более грубой, точнее, нецензурной интерпретации. Не достали, за…бали (пардон, за слово) по самое немогу.

А Ступка, он просто опять попал в струю. В свое время его Богдан Хмельницкий в «Огнем и мечом» открыл период пробуждавшейся национальной гордости и надежды на лучшее будущее (отдельное спасибо «любым друзям» Ющенко за разбитые позднее иллюзии). Потом его работа в российских фильмах и сериалах стала своего рода «творческим заробитчанством», очень понятным большей части населения страны, мечтающей перебраться отсюда в более вменяемое место. Наконец, аполитичность актера, то, что он не ходил по митингам одних, не рвал рубашку на груди за других, показалась очень привлекательной в период, когда на защиту Парковой аллеи выходит тысяча и бесплатно, а на политические митинги — сотни и за деньги.

Похороны «Сталлоновича» на Байковом кладбище, в пантеоне приближенных к власти — тоже стали символичными. Это место, где нам пытаются доказать, что даже на том свете равенства нет, и для мертвый существует своя вип-очередь. В которую может пролезть сын депутата или родственник вице-премьера, разбившийся на дорогой иномарке, но не сделавший значимого в жизни, чтобы лежать даже рядом с Кирпой.

Но Ступку положили правильно, среди «своих». Возле Лобановского, Амосова и Загребельного. Может, так совпало, что других свободных мест не было, может, настояли родственники. Но как сказала старушка-львовянка, одна из самых настойчивых, кто добрался до кладбища: «Хвала Марії, буде з гарними людьми в карти гуляти на тому світі. Не з тими фашистими…».

P.S. Вместе с репортажами о похоронах Ступки, в лентах информационных агентств прошла новость, что задержаны парни, стрелявшие забавы ради в людей в Кировограде. Выяснилось, что за рулем белого BMW сидел курсант вуза МВД, а в прохожих стреляли его приятели — сотрудники органов внутренних дел. Страна становится все омерзительнее и омерзительнее…

Юлия Белкина, специально для ОРД