Путин не мыслит империи без Украины

России не нужна Украина в Таможенном союзе. России необходимо совсем другое: чтобы Украина уже никогда не могла сделать самостоятельный цивилизационный выбор.

Появившееся в СМИ сообщение о решении Высшего евразийского экономического совета, то бишь Путина, Лукашенко и Назарбаева о самостоятельном принятии решений о введении защитных барьеров в случае подписания Украиной Соглашения об ассоциации с ЕС — дополнительная возможность поразмышлять о сути Таможенного союза.

У его членов, попросту говоря, нет общих экономических интересов. Беларуси и Казахстану совершенно невыгодно вводить какие-либо санкции против Украины — от этого будут страдать обе стороны. Россия это прекрасно понимает, как и то, что ей самой не нужны никакие санкции. Но Путин хочет принять политическое решение, и ему нужно, чтобы Лукашенко и Назарбаев ему в этом не мешали. Так и появляется идея о самостоятельном выборе, практически аннулирующая саму суть Таможенного союза. То, что от экономических решений России Беларусь и Казахстан не в восторге, а политические подходы Путина Лукашенко и Назарбаев не разделяют — это приговор самому развитию интеграции на постсоветском пространстве. Какие могут быть Евразийские союзы с наднациональными органами, если страны не могут договориться между собой на уровне ТС? И первое государство, которое не хочет считаться с партнерами, — это Россия!

Возникает простой вопрос: а зачем тогда россияне тащат Украину в Таможенный союз? С политической интеграцией на постсоветском пространстве у них не получается. Несмотря на все многочисленные проблемы с ТС, договоренности с Беларусью и Казахстаном для России еще имели экономический смысл просто потому, что Россия присоединилась к ВТО, а ее партнеры все еще нет. Но, учитывая многочисленные изъятия, коррупционно-авторитарный характер экономик и то, что Украина тоже член ВТО, — никакого нового качества ее отношения с Россией в случае присоединения к ТС не приобретут. Россия просто получит еще одну страну, требующую понижения цен на энергоносители, отмену пошлин и отказ от изъятий, в чем, зная нынешнюю неблагоприятную тенденцию развития событий в российской экономике, никто в Москве не заинтересован.

Но России и не нужна Украина в Таможенном союзе. России необходимо совсем другое: чтобы Украина уже никогда не могла сделать самостоятельный цивилизационный выбор. Неслучайно многие представители российской политической элиты сравнивают процесс переговоров Украины с Европейским союзом с 1991 годом, когда решение Верховной Рады о независимости страны стало толчком к развалу и последующему исчезновению с политической карты мира Советского Союза.

Вступление Украины в ТС не позволит Киеву договариваться об ассоциации и ЗСТ с Евросоюзом — вот что важно! Именно таким образом — только спекулируя не на экономических трудностях, а на карабахском конфликте, — Россия «оттащила» от ЕС многострадальную Армению, одну из наиболее расположенных к себе бывших советских республик, и добилась фактического размежевания армянской элиты и общества по вопросу цивилизационного выбора. Если Россия вкупе со своими друзьями в украинской политической элите сорвет процесс украинской евроинтеграции, она получит в нашей стране такое же, только куда более серьезное политическое размежевание. Сейчас впервые за два с лишним десятилетия украинской независимости Кремль, не раз говоривший об уважении к соседнему государству и его праве на выбор, играет с открытыми картами, не скрывая, что сделает все ради сохранения Украины в зоне собственного цивилизационного и политического влияния. Думаю, ни друзья, ни оппоненты российского политического руководства уже не сомневаются, что в Кремле воспринимают Украинское государство как политическое недоразумение, которое рано или поздно должно вернуться в объятия обуреваемой комплексами метрополии.

Такое нескрываемое пренебрежение, конечно же, может способствовать тактической победе — деньги на постсоветском пространстве по-прежнему решают все. Но в стратегическом плане российское поражение неизбежно — никто не любит демонстративного презрения, столь ярко проявляемого в последнее время российским руководством по отношению к Украине как к стране, способной самостоятельно определиться с собственным будущим.