Трест, который лопнул

Иван Семенов

29 июня в эфире студии «Шустер Live» журналистка Ксения Василенко (более известная как Соня Кошкина) заявила о преследованиях ее и возглавляемого ею...

...интернет-издания «Левый берег», а также о своем решении покинуть страну и попросить политическое убежище в одной из стран Европы. По версии госпожи Кошкиной, ей и ее коллегам грозит до семи лет заключения из-за опубликованного в ноябре прошлого года фотоматериала, который запечатлел дисплей телефона народного депутата-регионала Владимира Ландика. Ландик непосредственно в сессионном зале Верховной Рады давал указания относительно медиа-кампании по отбеливанию его сына Романа, обвиняемого в избиении девушки в одном из ночных клубов Луганска. Также – по словам Кошкиной, против них развернули целенаправленную работу «один из высокопоставленных руководителей Администрации Президента» (в ее намеках легко угадывается Сергей Левочкин), «один из вице-премьеров правительства» (прозрачный намек на Валерия Хорошковского) и «одиозный заместитель Генерального прокурора» (явно намек на Рената Кузьмина).

Во всем этом деле и в заявлении Кошкиной есть немало несостыковок и слабых мест. Но – чтобы понять то, что происходит, необходимо посмотреть на историю детища Сони Кошкиной – издания «Левый берег».
История начинается в 2008 году, когда Киевский институт проблем управления имени Горшенина получил контракт на проектирование и сопровождение проекта, предусматривавшего продвижение группы днепропетровских бизнесменов (Вадим Ермолаев, Валерий Шамотий и другие) в их конкурентной борьбе с другими бизнес-группами и «раскрутку» кандидата от группы, Игоря Цыркина (близкого родственника водочного барона Вадима Ермолаева), в качестве кандидата в мэры Днепропетровска. Одним из инструментов кампании должна была стать массовая газета, которую решили назвать «Левый берег». Почему «Левый берег»? Как говорил герой Юрия Никулина, «чтобы никто не догадался».
Несколько слов необходимо сказать и о руководителе проекта, Вадиме Омельченко. Талантливый политтехнолог родился в Днепропетровске в 1963 году. Работал в милиции и в УБОП. Позже уволился и возглавлял службу безопасности группы «Приват», откуда перешел на аналогичную должность в пинчуковском «Интерпайпе». Омельченко очень тесно связан с силовыми структурами и неоднократно обращался к ним за помощью – как для поддержки некоторых технологических ходов, так и для получения необходимой информации. Это – более чем важно в данной ситуации. Омельченко, обладая острым умом, аналитическими способностями, умением стратегически мыслить быстро перерос уровень обычного руководителя службы безопасности. Он стал вице-президентом «Интерпайпа». Параллельно получал образование в сфере политических технологий. Именно Омельченко создал Институт проблем управления и назвал его именем своего учителя – известного российского юриста Льва Горшенина. Методику Горшенина в сфере психологии Омельченко некоторое время преподавал в Дипломатической академии. Владеет несколькими европейскими языками. Большую часть времени живет на юге Франции. Институтом Горшенина (точнее, Горшенин-Групп, как стали называть институт в последнее время) руководит на расстоянии.
Некоторое время Институт Горшенина номинально возглавлял политолог Кость Бондаренко. Однако он скорее был визитной карточкой института, реально возглавляемого Омельченко. Два года назад Бондаренко ушел из института – он решил сделать политическую карьеру, которая с треском провалилась (Бондаренко стал заместителем Сергея Тигипко и ушел на дно вместе с «титаником» «Сильной Украины»). Именно тогда роль официального лица института начинает играть Ксения Василенко, незадолго до этого перешедшая в «Левый берег» из «Обозревателя».
К середине 2010 года «Левый берег» из днепропетровской газеты превратился в респектабельное киевское издание, с грамотно отстроенной сетью распространения и взвешенной редакционной политикой. Но после выборов 2010 года, когда группа Ермолаева в Днепропетровске получила своего мэра и своего первого заместителя, а также отладила отношения с губернатором Александром Вилкулом, потребность в услугах Омельченко (к слову, весьма недешевых) отпала. Газету прекратили финансировать. И тогда Омельченко решил перейти в интернет-пространство, создав одноименный сайт, шеф-редактором которого стала Соня Кошкина. 
Сайт декларировал объективность. И действительно среди его авторов были как оппозиционеры, так и одиозные представители официозной публицистики. Ходили упорные слухи, что Омельченко и Кошкина пытаются продать сайт, и среди потенциальных покупателей называли то Александра Турчинова, то Андрея Клюева, то Сергея Левочкина. По слухам, в последнее время у Омельченко наладились прекрасные отношения с советником президента Анной Герман. У Кошкиной оставались налаженные связи с вице-премьером Борисом Колесниковым, с секретарем Совбеза Андреем Клюевым, а также с бютовцами Андреем Кожемякиным и Александром Абдуллиным. С Колесниковым отношения были настолько доверительными, что молва чуть было не «поженила» журналистку и чиновника.
Понятно, что салонная журналистка Соня Кошкина, публиковавшая не аналитику, а именно политические сплетни и служившая каналом выброса нужной информации в информпространство, вряд ли кому-то была интересна как объект преследований. Она никогда не была оппозиционной журналисткой. Ею было удобно манипулировать, рассказав ей «по большому секрету» нужную информацию и будучи уверенным, что эта информация оперативно и главное бесплатно увидит свет. Именно так Кошкиной и пользовались ее многочисленные дезинформаторы. Анализ статей Кошкиной показывает, что на 90% это – информация, которая не подтвердилась. Но пишет она бойко, обладает хорошим слогом и умеет подать информацию в красивой обертке. 
Разве за это преследуют?
Сама Кошкина считает, что наступила на мозоль сильным мира сего. Но почему-то никто этого «наступления» не заметил. Действительно, на прошлой неделе на ЛБ появился странный материал – было опубликовано письмо, которое первый вице-премьер Хорошковский якобы направлял депутатам Европарламента – с приглашением посетить финал Евро-2012. В материале содержался вопрос: за какие средства приглашаются евродепутаты в Украину? Утверждалось, что депутаты дружно отказались приехать на финал Евро. Более странным было то, что, повисев буквально пару часов, материал был удален. Это – единственная зафиксированная в последнее время «дерзость» относительно властей. Согласитесь – после такой детской шалости максимальное согласование отношений может произойти только на уровне пресс-службы политика – не более.
Правоохранительные органы время от времени посещают редакции изданий – это правда. Недовольные герои публикаций обращаются в милицию или в прокуратуру, там реагируют. Даже Кошкина признает, что к ним и ранее приходили следователи. Но почему паника начинается именно сейчас? Ведь уголовное дело даже не возбуждено – просто велась проверка. Почему Кошкина считает, что ей светит семь лет тюрьмы (напрашивается параллель с Юлией Тимошенко) и что сразу же, как только она появится в Украине, ее упакуют в Лукьяновку? Откуда уверенность в том, что против нее должны применить репрессивные действия? Ну не тянет инцидент с Ландиком на громкий процесс.
Тем более, известно, как трепетно относятся на Банковой к свободе слова – не дай бог, чтобы появилось какое-то обвинение в нелюбви к журналистам. Янукович крайне щепетилен в этой сфере. Тут же – прямое обвинение людей из его окружения в наступлении на свободу слова.
Сами по себе напрашиваются несколько версий происшедшего.
Первая. ЛБ и Соня Кошкина стали слепыми орудиями в руках тех, кто пытается плести политические интриги против политиков, обвиненных Кошкиной в наступлении на свободу слова. Недаром она в своем выступлении несколько раз повторила, что это – удар по президенту. Это – скрытое обращение к Януковичу: посмотрите, примите меры, увольте и расстреляйте!
Вторая. Бросается в глаза то, что Кошкина выехала из страны в Италию вместе с бывшей сотрудницей пресс-службы Тимошенко Татьяной Золотаревой. По имеющимся данным, они находятся в Италии. Причем отдых на Апеннинском полуострове они планировали два месяца назад – все брони оформлялись именно тогда. И следователь в редакцию пришел с проверкой именно в тот день, когда Кошкина должна была улетать. И если такое уж громкое и опасное дело – почему с нее не была взята подписка о невыезде? Далее – следуя логической цепи – почему Кошкина и Омельченко оставили в беде других фигурантов дела – главного редактора ЛБ Олега Базара и фотокорреспондента Макса Левина? Их не жалко? 
Сама по себе напрашивается версия: громкое дело необходимо для старта политической карьеры Кошкиной. Теперь – стоит полагать – она, как настоящая мученица, должна предложить свои услуги оппозиции и попросить место в списке. Аккурат до съезда, на котором будет утверждаться список, остается ровно месяц. 
Скорее всего, истина лежит посредине. Соня претендует на место в списке оппозиции, скандал помогает ей получить это место, но одновременно он служит козырем в руках тех, кто хотел бы убрать с политической арены некоторых персонажей. Если это так, то комбинация очень даже логичная. Но – учитывая связи фигурантов скандала с теми, кто претендует на роль директоров-распорядителей будущего парламента, можно утверждать наверняка: оппозиция получит яркого публициста, способного заменить собою Андрея Шевченко, но одновременно получит и не менее яркую будущую «тушку». 
Пока что можно констатировать лишь одно: скандальчик получился слабый. Нет на актеров и исполнителей Станиславского. Потому когда говорят о наступлении на свободу слова и о репрессиях против журналистов – могу сказать одно: не верю!