Русские туристы в Одессе в шоке от русскоязычных «бандеровцев»

Украина. Одесса. Забавный разговор в маршрутке

Еду в маршрутке, давка сильная, проезжая остановки вдоль пляжа народа набивается тьма. Я сижу. Вдруг замечаю двух детишек, сзади них протискиваются две загорелые барышни, мамаши, они разговаривают другом с другом, и подсказывают детям, чтоб те протискивались вперёд. Улавливаю специфический московский акцент, который не с кем не перепутаешь. 

-Путинши московские, понимаю я. 

Но рядом стоят зажатые две малявки. Я встаю. 

— Садитесь малыши. Дети садятся. 

Мамаши благодарят. От одной чую легкий перегар, ну что ж думаю люди отдыхают, однако мадам с лёгким выхлопом оказывается разговорчивой. 

— Такой хороший город. Такие люди весёлые, приветливые. 

— А Вы я так понимаю из Москвы? - Спрашиваю я 

— Да уже недельку тут, нам так нравится, а Вы местный? 

— Да я одессит. 

— А у нас такое впечатление как-будто мы в России! 

— Неужели? – Не удержался я, иронично улыбаясь. 

— Но знаю на Украине не везде так как в Одессе, а русский язык тут ещё не забыт, продолжает подвыпившая туристка, и нашу русскую гостью понесло. 

— Вот на западной Украине я слышала, - начинает полушёпотом мне в ухо нашёптывать, — мне рассказывали, - нам бы так комфортно не было как здесь. 

Это уже становится весело совсем. 

— Это почему? 

— Там много этих, националистов, ваших украинских. 

— Ну не стоит так бояться националистов, мы совсем не страшные, честно. 

Женщина смотрит на меня пытаясь переварить, что я сказал. 

— Я не поняла кто мы? Повторяет она. – Вы? 

— Якщо я буду з Вами розмовляти українською, Ви мене не зрозумієте. 

- Если я буду с Вами разговаривать на украинском, Вы меня не поймёте, - перевожу я. 

— Вы что этот Бандеровец? - с некоторым испугом в голосе и удивлением спрашивает женщина. 

— Это была бы для меня большая честь, быть Бандеровцем, нет, я просто украинский националист, отвечаю я. — Вы приехали сюда к нам в гости, с миром, так зачем мне быть к Вам агрессивным? 

— Да, да, Вы правы, конечно, с некоторой растерянностью в голосе согласилась со мной моя собеседница. 

Остальную часть пути, мы ехали молча. 

Госдеп США