Виталий Портников: Еврейское и украинское

Виталий Портников

Директора московской Библиотеки украинской литературы Наталью Шарину все- таки будут судить. Обвинительное заключение, составленное прокуратурой российской столицы, предполагает применение статей, по которым Шариной может угрожать даже 10-летнее тюремное заключение. При этом адвокат Шариной Иван Павловутверждает, что обвинения его подзащитной не конкретизированы. Вряд ли можно назвать реальным преступлением найденные в фондах библиотеки книги Дмитрия Корчинского – но именно на смехотворном обвинении в их распространении и строится все дело!

Тогда за что же на самом деле судят Шарину? Смею утверждать: исключительно за то, что в названии учреждения, которым она руководит, содержится слово "украинский". И ничего нового в этом нет.

В августе 1952 среди расстрелянных в Москве еврейских писателей и общественных деятелей был и известный поэт, ответственный секретарь Еврейского антифашистского комитета Ицик Фефер. Фефер был не только поэтом и общественником, но и активным агентом советских спецслужб. Своих кураторов он снабжал информацией о деятельности, разговорах и планах коллег по Еврейскому антифашистскому комитету и Союзу писателей СССР. Но когда начался разгром еврейской интеллигенции, его арестовали одним из первых. Почему? Да потому, что в названии комитета, которым он руководил вместе с известным актером Соломоном Михоэлсом, содержалось слово "еврейский". И товарищ Сталин решил, что это – плохое слово.

Товарищ Сталин решил, что плохое слово "еврейский", а товарищ Путин решил, что плохое слово "украинский". Только и всего. Наталью Шарину в свое время отправляли в библиотеку для того, чтобы очистить ее от "националистов" – проще говоря, московских украинских активистов, которые создали это уникальное учреждение культуры буквально с нуля. Чтобы превратить Библиотеку украинской литературы в обычное место, где выдают книги и позволяют читать журналы – ну разве что с небольшим украинским акцентом, как-никак "мы один народ". Она, наверное, и в страшном сне представить себе не могла, что за выполнение этого поручения ее арестуют и посадят – только потому, что ее должность не так называется, только потому, что в фашистской стране, гражданкой которой она является, решили изобличить все украинское.

Так и товарищ Фефер в страшном сне не мог себе представить, что за выполнение поручения родной партии по надзору за Антифашистским комитетом его расстреляют.