Код доступа с Юлией Латыниной. ВИДЕО

Ю.ЛАТЫНИНА: Добрый вечер. Юлия Латынина, «Код доступа» как всегда в это время по субботам. +7 985 970-45-45 – это смски. Ну, конечно, главный вопрос – это избирательная кампания. Кстати, поскольку официальная агитация истекает у нас в следующую субботу и в следующую субботу не то, что агитация, а я не смогу говорить о выборах. Наверное, я буду в «Особом мнении» поэтому в пятницу, а в субботу – ну, посмотрим, скорее всего, поговорим о каких-то абстрактных вещах, чтобы не произносить, черное-белое не говорить, Собянин-Навальный не произносить. Ну, пока произносить можно, и я хочу сказать то, что я, собственно, уже говорила на прошлой неделе, что, все-таки, вот, мы впервые видим в России реальную избирательную кампанию. Со стороны Навального, разумеется. Потому что Собянин ведет классическую административную избирательную кампанию, так сказать, кампанию путинского чиновника, в которой составной частью входит то, что перед народом нельзя заискивать. Вот, спеть ему можно, но встречаться с избирателями – это, как бы, ниже уровня.

Так вот что я хочу сказать первое по поводу кампании Навального, что как это ни парадоксально, но, ведь, задумайтесь, что российские демократы, собственно, начиная с 1991 года, еще ни разу не вели настоящей полноценной западной избирательной кампании, имеющей целью продать избирателя политику, вот, как продают бутылку Пепси-Колы. Например, такой кампании не вел Собчак, в связи с чем он проиграл, в связи с чем Владимир Владимирович Путин, который был у него начальником штаба, сделал вывод, что, вот, народ – это вообще плохая вещь и не надо никаких избирательных кампаний.

То есть, в общем, все эти люди, включая Собчака, Гайдара, СПС, они все считали, что они настолько хороши, что просвещенный народ их сам выберет. То есть, вот, обходить избирателей, встречаться с ними по 3 раза в день, раздавать листовки, вот, каждой бабушке разъяснять, почему именно ты, почему она должна купить именно Пепси-Колу и проголосовать именно за Навального, российские демократы никогда не делали. Когда у них был телевизор, они общались с народом через телевизор. Так прошла кампания 1996 года – собственно, это была еще одна успешная кампания, в которой Ельцина продали народу, но продали не совсем демократическим способом.

И, вот, когда телевизор был захвачен Путиным, то всё, что могли сказать российские демократы, это, вот, что Путин уничтожил свободу слова, в телевизоре их нет и поэтому народ не знает правды.

Более того, впервые мы видим, что Навальный использовал интернет как средство организации своих сторонников. Это не совсем тривиальная задача, потому что очень часто говорят, что «Вот у нас началась эра интернета. С ней произошли там всякие... Арабская весна произошла». Да неправда: интернет разъединяет людей гораздо больше, чем объединяет. Человек сидит в Facebook в каком-нибудь, дрочит там на власть и на улицу ему выходить совершенно не хочется.

То есть вот то, что делает Навальный, когда он координирует своих сторонников через интернет, чтобы они выходили на улицы и объясняли бабушке, это нетривиальная задача. И это создание организации без организации.

Вот, помните некоторые вещи, которые еще недавно, год назад обсуждались так живо, надо ли Навальному создавать свою партию? Они разрешились само собой, потому что Навальный создал партию без партии и организацию без организации. И он может пользоваться всеми теми дырками, которые оставил в законодательстве Путин. Этих дырок очень немного. Например, возможность подавать инициативы, которые собрали там 100, а в Москве 50 тысяч избирателей (подписей). Еще недавно это, казалось, ну, совершенно такая... Знаете, все дырки заткнули, выборов реальных нету, там какие-то списки, какие-то партии. В крайнем случае парламент республики чего-то утвердит какого-нибудь президента. И, вот, остались эти народные инициативы. Думали, что никто не наберет.

Раз, Навальный первый набрал об ограничении автомобилей чиновников. Теперь, раз, Навальный подает сразу 6, которые касаются как раз Москвы, которые, в частности, касаются такой элементарной меры, чтобы бюджетная организация на бюджетные деньги не имела права нанимать мигрантов. Ну, вот, просто как репа. В конце концов, ну, вот, есть Япония, да? В Японии все дворники – японцы. Это вполне в рамках российского, любого цивилизованного законодательства, запретить на бюджетные деньги принимать людей, которые не имеют гражданства, на низкооплачиваемые должности.

Кстати, в любой Эстонии, западной стране есть такие нормы, да? Нет. Ну, понятно, с точки зрения российского либерала это фашизм, но я о чем, да? Что вдруг выяснилось, что сколько требует эта инициатива и другие инициативы Навального? 50 тысяч подписей. У Навального 25 тысяч сторонников, которые там записались, что они готовы чего-то делать и живут в разных домах. Сложно 25 тысячам сторонников набрать 50 тысяч подписей? Одну даст он сам, другую подпишет его мама, папа и дядюшка. Ответ: «Не сложно».

Вот уже готова организация без организации, потому что для чего партия нужна Навальному? Ответ: «Ни для чего». В условиях, когда авторитарное правление как у нас, политические партии организовывать смешно. Политические партии в этих условиях существуют для того, чтобы бить по голове вождей удобнее было.

Вот, когда сетевая организация, не знаешь, что делать. А когда партия, раз, взял, вырубил нескольких вождей, взял, вырубил агитационную структуру и всё, и нет у вас партии.

Еще нужна партия, чтобы распределять деньги. Ну, это там уж, знаете, к «Яблоку». У нас, если вы не знаете, у нас, по-моему, партии, которые прошли 3-процентный барьер на выборах (в частности, это «Яблоко» - оно 3-процентный прошло), получают деньги из бюджета. Но «Яблоко» меньше всех, типа, 200 миллионов, по-моему, что-то в этом роде. Но видно же, вот они как работают, рвут задницу за эти 200 миллионов против Навального.

Да? То есть, вот, зачем, да? Партия еще нужна, чтобы распределять деньги. А поскольку люди у Навального финансируют себя сами, то она как орган распределения денег не нужна.

Вот, выяснилось в ходе этой кампании, что Алексею Навальному удалось построить организацию без организации, массовую организацию. Как, знаете, помните, Ленин с его «Искрой» и «Правдой». Как он там писал? «Газета не только массовый пропагандист, но и агитатор, и чего-то там». Вот, интернет у Навального превратился не только в массового пропагандиста, но и агитатора, и организатора. И уже понятно, что процесс неостановим и что то, что сейчас говорит 25 тысяч, 50 тысяч сторонников Навального сегодня, через несколько лет будет говорить вся страна. При том, что Навальный, скорее всего, не выйдет во второй тур. Это первая вещь, которую мы видим.

Второе обстоятельство, которое выяснилось в ходе этой кампании, заключается в том, что левые либералы в большей своей части к моему удивлению превратились в спойлеров, обслуживающих путинский режим. Вот, их объединила ненависть к Навальному, то есть к успешному человеку. Видимо, любому успешному человеку не важно в какой сфере они завидуют. И несколько совершенно замечательных демотиваторов, которые повторяются из блога в блог, из аргумента в аргумент.

Ну, во-первых, Навальный у нас, оказывается, националист. Националист в переводе с леволиберального на язык здравого смысла – это любой человек, который считает, что в России есть национальный вопрос. Вот, мигранты есть в России? Есть у нас национальный вопрос с мигрантами? Ответ: «Есть. С носителями чужой культуры». Есть, потому что когда в стране много рабов, то для каждой страны, в которой было много рабов (не важно, это была Римская империя или это были острова Карибского моря), это кончалось плохо. Нет, у нас в стране нет национального вопроса – это запрещено обсуждать. А если ты это обсуждаешь, ты – нацист

У нас есть в стране национальный вопрос с чеченцами? Как? Извините, у нас чуть под мошенническим голосованием мечеть имени Ахмата Кадырова чуть не вышла в национальные памятники России. Когда этого не случилось, то офис Билайна в Грозном закидали яйцами. И Рамзан Кадыров призвал к бойкоту Билайна и Мегафона. Я призываю Владимира Евтушенкова и компанию «Система», и, соответственно, компанию МТС присоединиться к этому бойкоту, чтобы в Грозном не было ни Билайна, ни Мегафона, ни МТС, ни других нехороших российских сотовых операторов. Хорошо: они объявили бойкот, пусть доставляют телефонные сообщения почтовой связью, на лошадях. Да?

Так вот. Выясняется, что нет, об этом тоже запрещено говорить. Кто об этом говорит, тот националист.

Обратите внимание, какой шум поднялся по поводу заявления Навального, что около 50% преступлений в Москве совершается мигрантами. И сразу масса народа бросилась опровергать и ссылаться на слова, послужившие тому источником Анатолия Якунина (это представитель нашей московской полиции), который сказал дословно: «Из преступлений, из них половину всех преступлений в столице совершают иногородние, из них 22% - это иностранная преступность». Да? То есть от половины 22, итого 17. И очень много людей поставили это Навальному в вину, вот, дескать, он переврал, перекрутил.

Ребята, когда вы делаете кому-то замечание, цитировать цитаты надо до конца. Нет греха в том, чтобы ошибиться, да? Человек может ошибиться случайно. Я тоже удивилась. Вдруг, думаю, Навальный ошибся, вдруг он что-то недопонял. Но когда вы поправляете человека, то уж тогда цитировать цитату надо до конца.

Дальше говорит господин Якунин «Мы учет ведем только по раскрытым преступлениям. Мы в этом году раскрыли на 16 больше преступлений по сравнению с прошлым годом. А если бы на 40 или на 50, то, я думаю, что было бы под 50 иностранная преступность». Понятно, что господин Якунин сказал? Перевожу на язык здравого смысла. Статистика ведется только по раскрытым преступлениям. 90% преступлений в Москве не только не раскрыты, они еще даже не зарегистрированы. И, вот, каждое преступление, которое не раскрыто, по умолчанию считается, что его совершил гражданин России.

То есть еще раз, да? Понятно при этом, что нераскрытые преступления, если их совершил мигрант, гораздо сложнее раскрыть, ну, просто потому, что он убежал, от него там неизвестно где его искать. Это вам не пьяный мужик, который в собственной квартире зарубил собутыльника топором. То есть еще раз, господин Якунин сказал «Под 50% была бы иностранная преступность, если бы картина была реальной». То есть ровно то, что сказал Навальный. Если у вас есть претензия к тому, что сказал Навальный, то это у вас претензия к тому, что сказал господин Якунин, 50% иностранная преступность.

Несколько других совершенно замечательных демотиваторов. Я сейчас по ним пройдусь кратенько. Хомячки Навального. Какое прекрасное название, да? То есть, оказывается, можно назвать последователя каждого человека, сторонника каждого человека его хомячком. Но в таком случае представляете... Как вы думаете, почему республиканцы в Америке не говорят «хомячки Обамы»? Потому что им кажется странным вне зависимости от того, разделяют они или не разделают точку зрения Обамы, так унижать избирателя. Хомячки Навального. А почему не хомячки Будды? А почему не хомячки Христа? Я не с Буддой сравниваю Навального, я логику пытаюсь понять, когда любого человека, который за кем-то следует, или для кого кто-то является авторитетом, или хотя бы политическим лидером, сразу называют «хомячком». То есть, видимо, идеальное состояние, когда никаких авторитетов, никаких политических лидеров нет и никто ни за кем не следует, а, вот, просто вот бардак.

Ну и третья история прекрасная, третий демотиватор. У Навального, говорят нам левые либералы, которые привыкли в блогах писать и считать себя единственными выразителями своего собственного недовольства по отношению к кровавому режиму, у Навального нет позитивной программы. Не врать и не воровать. Ну, это же мелко! А где ж позитивная программа? – спрашивают нас.

Ребят, у вас претензии только к Навальному? А скажите, к парню по имени Моисей у вас претензий нет? Сходил на гору Синай, принес оттуда скрижали без всякой позитивной программы. Не убий, не укради. Где позитивная программа у товарища Моисея и этого самого, как его, Яхве?

Кстати, говоря о позитивных программах. Помните законы сохранения? Закон сохранения энергии, закон сохранения импульса, закон сохранения момент импульса, ну, вот, все эти великие законы? Обратите внимание, что ни один из этих законов сохранения, которые являются фундаментальными законами природы, не предписывает ничего движущимся телам. Он только запрещает. Он говорит, по какой траектории не может двигаться тело, если импульс должен сохраниться. А по какой траектории оно должно двигаться, он не предписывает. Точно так же, как и 10 заповедей, законы сохранения – это законы, у которых нет положительной программы, у которых есть только отрицательная. И меня эта отрицательная программа как раз больше всего устраивает. Вот, если б Навальный выкатил программу, в которой нам бы объяснялось, какие штаны мы должны носить какого цвета в понедельник и какие юбки мы должны носить какого цвета в пятницу, вот тогда б меня это испугало. А, знаете, «Не ври» и «Не воруй» меня как раз вполне устраивают, хотя, естественно, так сказать, позитивная программа у Навального есть (я только что о ней говорила). В частности, это те же самые 6 законопроектов, которые через народного депутата, через 50 тысяч подписей, собранных через своих сторонников, будут внесены в Госдуму, из которых первый идет запрет бюджетным организациям брать на работу мигрантов.

Вот, если честно, эта история меня с российскими левыми либералами, которые вот так обратились против Навального, совершенно поразила, потому что мне кажется, она отражает тот факт, что, собственно, российским левым либералам нечего сказать избирателю. Видимо, они поэтому никаких избирательных кампаний не вели, потому что все их ценности, которые они готовы отстаивать, судя по всему, мало имеют отношение к российской реальной жизни. Мигранты. Каждый, кто говорит о мигрантах, фашист. Лезгинка на Красной площади? У нас не должно быть национального вопроса. Каждый, кто отрицает лезгинку, нацист. Что надо делать? А нужно делать как в Европе.

И вот третья вещь, которая выясняется в результате этой кампании, для меня самая важная и неожиданная. Она вот какая. В этой кампании, на мой взгляд, вдруг сформировался новый, принципиально новый политический дискурс. Это дискурс Навального обсуждать без стеснения, без либеральных табу те проблемы, которые, действительно, волнуют избирателя. Мигранты – это проблема. Лезгинку – да, запретить. Совершенно не случайно, что национальная проблема стала ключевым пунктом этого дискурса, потому что понятно, что Путин не может решить национальную проблему. Он ее создал, во-первых, массовым завозом люмпенов, имеющих следствием и отчасти целью люмпенизацию российского избирателя. Во-вторых, превращением России в разрушенное государство, где, вот, чеченцы на улицах Москвы демонстрируют эффективность насилия. И точно так же проблема, что левые либералы не могут решить национальную проблему. Они ее даже не хотят обсуждать. Их способ решения национальной проблемы заключается в том, чтобы назвать каждого, кто констатирует ее существование, фашистом. И это очень важный вопрос.

Потому что, к сожалению, вот, нам говорят «Делайте как в Европе». Ребята, сейчас не XVIII век. Потому что, вот, Петру Великому что в XVIII веке, что Ататюрку в XX веке, им было ясно, что делать. Делать как в Европе – режь бороды, переходит на европейский алфавит. Ататюрк, напомню, просто запретил арабский алфавит. Науку изучай. Что там в Европе в XVIII веке Фридрих Великий говорил по поводу христианства? «Христианство придумали фанатики, используют интриганы, а верят в него дураки». Ну и что сейчас из европейских политиков позволит себе сказать подобное о самой воинственной религии Европы, то есть об исламе? Да?

То есть та Европа, которой надо было подражать в XVIII веке, ее нет. Есть остановившийся экономический рост Европы, есть системный кризис, вызванный тем, что политики обещают избирателю больше, чем тот зарабатывает. Нынешняя Европа – это Париж, который превратился в арабский город, и Марсель, который вообще в помойку арабскую превратился. И дискурс-то устарел «Делайте как в Европе». И это очень важно. Потому что помните, у нас в XIX веке были западники и славянофилы? Так вот я хочу сказать, что дискурс западников и славянофилов XIX века в XXI-м сейчас выразился в дискурс поцреотов и либерастов. Вот, есть поцреоты, которые... Ну, они нацелены на то, чтобы как-то оправдать режим Путина. И они выдвигают такую идею, что воровство есть русская национальная идея и, соответственно, великий Путин является воплощением этой великой идеи, отличающей нас от богомерзких западных наций.

И вот есть либерасты, которые говорят «Надо делать как в Европе». А, ребята, уже ясно, что как в Европе не надо делать. Вы этим «как в Европе» увлечете не только тупого российского люмпена, который ненавидит этих черных. Вы этим «как в Европе» не увлечете ни одного предпринимателя, который с изумлением наблюдает как Лондон превращается в то, во что превратились столицы Латинской Америки, а западные демократии погрязают в долгах перед Китаем, Сингапуром или Южной Кореей.

Вот, я прошу прощения за это слово «либераст», но вы заметили страшную вещь? Оно было изобретено сначала совершенно омерзительно и подло. А теперь все больше и больше народу употребляет его сначала в шутку, и потихонечку оно как-то начинает проникать в массы. И я прошу прощения, но когда я гляжу на Обаму, который хочет послать Америку воевать на стороне Аль-Каиды в Сирии просто потому, что в свое время Обама сказал, что если Асад применит химическое оружие, то по нему долбанут, да? И Обама не хочет терять лица... И вот там госсекретарь Керри распинается о том, что это преступление против человечности, применение химического оружия не может быть терпимо. И я понимаю, что это риторика самого последнего толка, которая должна оправдать тот факт, что Обама это сказал и Обама не может потерять лица. Да? И мне приходит на ум ровно это слово «либерасты».

Когда я вижу, как шведки не протестуют против того, что сомалийцы, которые просят у них политического убежища, на кухонном столе ножом вырезают клитор девочкам... Но потом кто-то избил беременную мусульманку, и шведки в знак протеста надевают хиджаб, вот, мне на ум приходит ровно то слово – «либерасты».

И когда у нас скандал с голосованием по поводу символа России, и Кадыров говорит, что 38 человек проголосовали за мечеть «Сердце Чечни» в качестве национального символа России, и это честное голосование, а Билайн и Мегафон что-то там смухлевали. И все утираются, да? И нам говорят «Нельзя обсуждать национальный вопрос, а Навальный, который его поднимает, это фашист». То я про людей, которые так говорят, думаю «Ох, либерасты». Простите меня, господа, я сама либераст, мне можно.

Вот, для меня очень важным является то, что этот новый политический дискурс отличается куда большим здравым смыслом, чем даже на Западе. Потому что на Западе, если называть вещи своими именами, командные высоты во власти и телевидении захвачены хорошо организованной политической и идеологической силой, которая делит деньги работающего меньшинства в пользу голосующего большинства и объясняет, почему это хорошо. Эта структура в том числе занята распределением денег между беженцами и мигрантами. Она не может себе позволить публичное обсуждение вопроса, сколько преступлений совершают мигранты, или почему Британия должна платить воинствующему проповеднику джихада пособие в размере большем, чем она платит зарплату полицейским.

И вот у нас формируется дискурс, который является одновременно националистическим и демократическим. И я считаю, что это хорошо.

+7 985 970-45-45. Еще одна тема, о которой я хотела на этой неделе говорить, которая была бы, конечно, темой №1, если не выборы, это, конечно, то, что случилось в Белоруссии. Это, значит, господа... Как у нас там Путин? Мы встали с колен, мы укрепили свой авторитет. Российского предпринимателя, господина Баумгертнера, генерального директора компании «Уралкалий» арестовывают в Белоруссии. И спустя, типа, 5 дней после этого господин Ушаков, помощник президента говорит, что это нехорошо.

Вы знаете, у меня есть неприятная привычка, я всегда стараюсь сначала разобраться, что случилось. Вдруг этого Баумгертнера арестовали правильно? Вот, суть – физическое дело, обвинение, которое ему предъявлено.

Напомню, собственно, что случилось. Белорусский премьер-министр приглашает Баумгертнера на переговоры. Он приглашает не только его, он приглашает Волошина, Дворковича и Сулеймана Керимова, владельца «Уралкалия» и он приглашает его через Медведева. То есть господин Баумгертнер поехал потому, что приглашение ему было передано через российского премьера. Перерыв на новости.

НОВОСТИ

Ю.ЛАТЫНИНА: Добрый вечер. Юлия Латынина. Итак, я рассказывала историю о том, как Батька, вернее белорусский премьер через нашего премьера приглашает к себе в гости человека. Волошин, Дворкович и Керимов не прилетают, прилетает Баумгертнер, его арестовывают. Аналогий поведения белорусских властей, если честно, не знаю. Но вот я там могу вспомнить, как там в XII веке византийцы арестовали всех венецианских торговцев. Кончилось это, кстати, для Византии плохо, Четвертым крестовым походом. Но, ведь, и их чтобы арестовать, специально в гости через премьера не звали.

Значит, что, собственно, произошло? В 2010 году Сулейман Керимов, то есть мегаолигарх покупает контрольный пакет компании «Уралкалий». Керимов редко управляет компаниями, чтобы управлять ими. Он специализируется, в общем-то, на поглощении находящихся под ударом активов, реструктуризации их и продаже третьей стороне. «Уралкалий» как раз находился под ударом. Считалось, что его гонит по полю Игорь Сечин. Там его владелец Рыболовлев подвергался атаке сразу нескольких сторон, ему ставили в упрек яму, которая там образовалась вместо рудника. Там у него начался бракоразводный процесс с женой, в котором тоже, как говорят, в интриге поучаствовали спецслужбы. То есть был Керимов, который был поддержан враждебной Сечину частью правительства в лице Медведева, Шувалова и Дворковича. Жена Дворковича Зумруд Рустамова потом вошла в совет директоров «Уралкалия». То есть Керимов выступил белым рыцарем. Более того, он заплатил высокую цену, он заплатил 10 миллиардов долларов. То есть компания была оценена в 10 миллиардов долларов, они каждый там по миллиарду взяли кредит. Ну, естественно, они брали кредиты в госбанках. Более того, они очень хорошо отбились, я вам скажу, потому что цена на калий была и 300, и 400, и 500, и выше, а себестоимость производства «Уралкалия» - 65 долларов. Причем, если вы задумаетесь, сколько Керимов платит российских налогов, вы, конечно, я думаю, сразу поймете ответ, как только зададите себе вопрос.

Но, в принципе, расчет Керимова, я думаю, был такой. Купить кроме «Уралкалия» еще «Сильвинит», и «Беларуськалий». А все втроем – это практически монополисты на рынке калийных удобрений. То есть перереструктурировать компанию, продать ее втрое дороже.

При этом компании все эти продавали калийные удобрения через единого трейдера, который назывался «Белорусская калийная компания». Причем, естественно, трейдером управлял частный «Уралкалий», потому что белорусское предприятие было просто слишком неповоротливым. Более того, «Уралкалий» искусственно ограничивал свою добычу для поддержания высоких картельных цен точно так же, как Саудовская Аравия сформировала ОПЕК. Вот это был такой калийный ОПЕК, и в нем «Уралкалий» был Саудовской Аравией.

Что происходит дальше? Дальше вся эта комбинация рушится, потому что Керимов покупает «Сильвинит». А Лукашенко вдруг начинает думать, что его «Беларуськалий» - это, ну, вот, свет в окошке. Что, кстати, правда для белорусского бюджета, потому что компания, особенно после того, как у Лукашенко отняла Россия другие возможности обогащения, практически единственный источник валюты для белорусского бюджета. И, вот, были введены акцизы, которые изымают с «Беларуськалия» в бюджет огромные деньги. И после этого Лукашенко на переговорах Керимову называет цифру в 32 миллиарда долларов (стоимость «Беларуськалия»).

То есть вы представьте себе, «Уралкалий» добывает 9 миллионов тонн. После покупки «Сильвинита» оценивается рынком, ну, максимум в 20 миллиардов, легко может нарастить объем добычи. «Беларуськалий» добывает те же самые 9 миллионов тонн, но это потолок. Его обирают акцизами в бюджет. И, вот, за эту компанию Лукашенко просит у Керимова 32 миллиарда долларов. То есть эта компания не стоит не только двадцатки... Ответ: в Белоруссии с акцизами она пятерки не стоит, потому что это Белоруссия.

Дальше больше. После этого Лукашенко, видимо, объясняют, что Керимов его обдирает. Не исключено, что это была правда, не исключено, что, естественно, трейдеры БКК, которые реально трейдеры «Уралкалия», естественно, они старались в пользу «Уралкалия».

Но Лукашенко первый принимает решение выйти из картельного соглашения. В декабре указ соответствующий подписывается самим Лукашенко. И трейдеры, крайне непрофессиональные трейдеры Лукашенко едут везде – в Китай, в Индию, в Бангладеш, в Бразилию. Им не удается подписать реальных контрактов, потому что это непрофессиональные трейдеры, но они обрушивают рынок. То есть первым рынок обрушил Лукашенко.

Цена рушится. После этого 2 совладельца «Уралкалия», такие олигарх-лайт Муцоев и Несис продают свои пакеты Керимову. Керимов покупает эти пакеты. После чего он сам выходит из картельного соглашения. Он только на этом теряет сразу 130 миллионов долларов, потому что, ну, настолько упала капитализация «Уралкалия» до 14 миллиардов... Уже после того, как Керимов выкупил пакеты по большей цене.

Цена немедленно рушится снова, как я уже сказала. Причем, вопрос: «Зашортился ли Керимов?» То есть Керимов выходил из картельного соглашения и понимал, что цена упадет еще. Вопрос: «Продал ли он в короткую свои акции, зашортился ли он, чтобы купить акции на дне?» Ну, скорее всего, да. Я буду очень удивлена, если Сулейман Керимов это не сделал, потому что он, как бы, мягко говоря, что-то понимает в финансах.

Но я хочу обратить ваше внимание, что эти акции заложены в Сбербанке. И более того, как только все это падение цены произошло, насколько я знаю, пришел Евтушенков к Грефу и сказал «Ты продай этот пакет акций, который оказался под маржин-коллом, и я их куплю. А Сулейман не сможет отбиться, потому что у него все акции зарипованы».

То есть еще раз повторяю, то падение цены, которое ставит Беларусь в упрек Керимову, явилось, скорее всего, такой же катастрофой для Керимова как и для Белоруссии, и было спровоцировано исключительно не то, что действиями Батьки, а фантастическими его представлениями о рынке. Тем более, что это речь шла о Керимове. Извините, это ж не Билл Гейтс. Это восточный олигарх, который готов договариваться с любым диктатором. Ему с диктатором договариваться легче. То, что они не договорились, объясняется только совершенной фантастической неграмотностью Батьки и его советников. И, господи, ну, если у Батьки нет своих грамотных советников, пусть позовет кого-то из российских бизнесменов.

Самое интересное, конечно, это вот то, что произошло. Еще раз повторяю, то, что произошло, это вот... Получается, что Батька... Ему сказали «Пойдешь туда, провалишься в болото». Он пошел туда, провалился в болото. Теперь он сажает тех, кто ему сказал, что он там провалится в болото.

И вопрос. Ну, ребят, ну, такого же не бывает. Это как это? Наш союзник по Таможенному союзу? Это, типа, мы против Америки боремся? Вот это такое делают с нашим бизнесменом наши союзники? Вопрос: «Что Батьке за это будет?» И ответ, к сожалению, я думаю, «Ничего». То есть понятно, что там медведевская фракция визжит и говорит «Ох, мы сейчас». Но я боюсь, что если экономические расчеты Батьки явно неадекватны, то его политические инстинкты безошибочны. Потому что как показывает история с Каддафи и с менеджером Лукойла...

Помните, у нас то же самое проделал Каддафи. Перед переговорами с Путиным он захватил менеджера Лукойла в заложники, потом его там на премьерском самолете прислали обратно. То есть Путин не воспринимает подобные аресты как пощечину для национальной чести России. Для него подобные штучки – это что-то вроде деловых кутюмов, которые приняты между серьезными людьми для усиления своих позиций на деловых переговорах.

Более того, если вы заметили, нашими союзниками в мире являются те режимы, с которыми как с Каддафи можно решать вопросы на подобном уровне. Можно заползти в шатер и там выползти обратно с заложником. А те режимы, с которыми как с Обамой в шатер заползти нельзя и которые заложников не берут, те режимы являются нашими врагами.

Кроме того, сейчас в Белоруссии Сечин, то есть представитель противоположной группировки покупает Мозырский НПЗ. Вряд ли власти России сделают что-нибудь для того, чтобы освоить эту сделку. Короче говоря, утремся. Еще мало того, что утремся, еще Лукашенко скажет, что вот у нас сейчас в Белоруссии экономический кризис, так это из-за кровавого Кремля, который мстит за олигарха. И мне кажется, это совершенно замечательная история о том, что вот рынок нельзя обмануть. Лукашенко действовал в соответствии с собственными представлениями об экономическом прекрасном. И получил себе маленькую экономическую катастрофу. А, вот, толпе, что там виновата Россия или евреи, или пиндосы, можно внушить что угодно.

+7 985 970-45-45. И совершенно замечательная история про мечеть «Сердце России», о которой... Простите, «Сердце Чечни» (что за оговорка?), о которой я говорила. И поговорю еще подробнее, потому что, конечно, голосование, в ходе кого символом России чуть не избрали мечеть в Чечне, это всё та же лезгинка. Это вот тот дискурс «Мы вас на этом месте вертели, и мы это вам показываем».

И понятно, что эта история не сама родилась. Понятно, что она как-то скоординирована руководством Чечни. 38 миллионов голосов вот так вот, знаете... Вот эта история про спонтанно отданные 38 миллионов голосов мне напомнила один эпизод из мемуаров Ли Куан Ю, правителя Сингапура, который рассказывает, как в тот момент, когда он еще был оппозиционером против Британии, блокировался с коммунистами, он все время восхищался, как коммунисты замечательно хлопают на митингах. А потом он один раз пошел в лес и увидел, что они там тренируются, что у них есть специальные ребята, вот, по щелчку у которых хлопают. Он там щелкает, он себя за ухом чешет и вот эти клакеры в зависимости от этого поданного знака начинают хлопать. Вот, по щелчку Кадырова все эти люди посылали смски. И посылали. И дальше, когда, все-таки, выяснилось, что там не получилось с мечетью, наступила смертная обида, офис Билайна закидали яйцами.

О’кей, ребят. Ну, слушайте, вам не кажется, что это как-то... Как это сказать? Чересчур. Спасибо Владимиру Владимировичу Путину, что он умудрился сделать невозможное. Он своей национальной политикой умудрился сделать так, что Россия подчиняется Чечне. Да? Вот, при его правлении мечеть в Грозном чуть не стала символом России. Это конкретно достижение Путина, которое необходимо отметить.

И это одна история. И во время того, когда развивается такая история, что нам говорят? Вот, Навальный говорит, что не надо танцевать лезгинку в центре Москвы, значит, он фашист. Ну, я должна сказать, что я знаю множество кавказцев, которые не будут в центре Москвы танцевать лезгинку, потому что они считают, что это делается специально в качестве вызова, как оно и делается. И более того, что они тому, кто вздумает танцевать лезгинку, дадут в морду. А если он не поймет, пристрелят.

Это первое, что я хотела сказать. Второе, конечно, весь конкурс меня совершенно потряс, действительно, как символ путинского правления. Потому что напомню, что устроило этот конкурс Русское географическое общество.

Я как-то тут говорила о том, что история европейской науки – это история науки, которой покровительствовали правители. Что все академии учреждали короли или в крайнем случае какие-нибудь герцоги Флоренции. Что Лейбниц вел переписку с королевой Кристиной. Что Вальтер переписывался с Фридрихом Великим и Екатериной Великой. И что, вот, если технологии, то есть то, что работает на рынок, развивалось вне зависимости от власти, то как раз наука в Европе развивалась при покровительстве власти, и это одна из страшных традиций, которую мы утратили вместе с демократией, потому что сейчас, конечно, при покровительстве власти развивается спорт. И в этом смысле что Путин, что Обама они скорее пожмут руку олимпийцам, чем они сходят посмотреть, как работает большой адронный коллайдер. И это очень плохо. И это такой демотиватор, да?

Так вот, возвращаясь к РГО. Русское географическое общество было создано в рамках именно этой традиции императорской, императорского покровительства науки, создано Николаем Первым. Боже мой, кто был его членами! Крузенштерн, Врангель. Посмотрим на те экспедиции, которые организовывались. Семенов-Тян-Шанский, Миклухо-Маклай. Всё это делало Русское географическое общество.

Значит, при Путине... Вот это было тогда, да? Это из серии «Так мы и до мышей». При Путине исполнительным директором этого стала некая Марина Игнатова. Она сейчас уже не является исполнительным директором, но она была. Эта дама из партии жуликов и воров, которая заседала в Госдуме, которая была известна тем, что она возглавляла кооператив «Дружба», который просто проходил по всем базам данным как те, которые обманули вкладчиков, не построили там чего-то им. И эти вкладчики перед Думой протестовали. Там была знаменитая история, когда женщине омоновец там сломал ребра, чего-то еще, вот, прямо перед окнами Думы. Вы можете себе это представить? Госпожа Игнатова – это Русское географическое общество. Это был Крузенштерн и Врангель. И, вот, госпожа Игнатова смотрит на это, наверное, из окна (или не смотрит). Она еще входит в Комиссию по вкладчикам в Думе. Очень, надо сказать, прямо по профилю (она об этом много знает). И, вот, внизу под этой Думой этих самых избирателей... Ломают женщине ребра. А, и председателем наблюдательного совета там Владимир Владимирович Путин.

Вот, это меня, конечно, ну, вот... Такая потрясающая деградация, я бы сказала. И вот это общество устраивает этот конкурс, который, на мой взгляд, конечно, кончается абсолютным позором, потому что, что мечеть, что... Что там победило, если победит? Коломенский Кремль.

Теперь я вам скажу по поводу Коломенского Кремля. Ну, во-первых, я понимаю, что мы оскудели, что у нас там... Вот, Статуя Свободы в Америке – нам трудно искать свои национальные символы. Ну так я вам, во-первых, назову символ России, который называется «Медный всадник». Знаете, ему Пушкин посвятил поэму: «Не так ли ты над самой бездной на высоте уздой железной Россию вздернул на дыбы».

Ну хорошо, Медный всадник – это XIX век, Россия, к сожалению, уже не вздернута уздой железной на высоту. Хорошо, я вам назову другой символ России. Ракету «Восток» с Гагариным. Это потрясающая история, история конструктора Королёва, который мечтал полететь в космос. Он, кстати, был достаточно так, метафизически настроенным человеком, далеко не простым прагматиком, мистически, я бы даже сказала, настроенным, который мечтал полететь в космос и который для этого... Пожалуй, это единственный человек, которому для этого удалось использовать советское государство. Правда, это советское государство тоже использовало Королёва и погубило его, потому что, конечно, после того, как он Хрущеву внушил эту идею, что можно полететь в космос, а не просто баллистические ракеты строить, то началась страшная гонка пиара, которая Королёва убила. Началась история о том, что надо сразу троих запустить космонавтов вместо того, чтобы работать над новой ракетой. И взяли ракету «Восток», взяли троих самых малорослых космонавтов, сняли с них скафандры и в тот же самый спускаемый аппарат, в который сажали одного человека в скафандре, посадили троих и сказали «Вот у нас новое достижение. Это называется союз.

Потом бабу запустили в космос. Королёв был категорически против. Он просто был против, чтобы в космос летала баба. Он сделал все, чтобы сорвать мероприятие, чтобы баба опозорилась. Он выбрал ткачиху из всех представленных кандидатур, то есть он не выбрал профессиональную летчицу. Ну, пусть у этой ткачихи были какие-то там прыжки, да? Опозорилась. Долго в космос не летали. То есть советское государство отомстило Королёву, они оба друг друга использовали. Это была потрясающая история.

Но, ведь, можно же представить себе, что да, мы при наших более скромных ресурсах... У нас были плохие металлы, у нас не было возможности как у Америки сделать дюзу такой ширины, что ракета будет лететь на одной дюзе, понадобилось делать связку. Мы первые полетели в космос, потому что нам было плевать на человеческую жизнь. Но, все-таки, мы первые полетели в космос. Неужели, у нашей страны не нашлось ничего лучше, чем Коломенский Кремль в качестве национального символа?

Теперь последнее, что я хочу вам сказать по поводу Коломенского Кремля. Коломенский Кремль построился в 1525-1531 годах. Берем книжечку профессора Яковлева «История крепостей». Труд издан в 1931 году Государственным военным издательством в Москве. Сталин хорошо готовился к будущей войне. Я очень люблю эту книжку, она совершенно замечательная, вам ее всячески рекомендую.

Раскрываем главу «Фортификационные идеи, формы в огнестрельный период с XIV по XVI век». Германский инженер Альбрехт Дюрер в 1527 году изложил свои мысли в трактате «Руководство к укреплению городов, замков и теснин». Бастионы были изобретены в конце XV века, появились в начале XVI века одновременно в нескольких странах и так далее. Объясняю вам, перевожу на русский язык, что я имею в виду.

Посмотрите на Коломенский Кремль. До изобретения огнестрельного оружия существовал традиционный способ укрепления городов. Стена строилась не важно там из камня, из кирпича, из чего она строилась. Она строилась, как бы, поясом, она опоясывала. В ней не было особенных углов, она была круглая, может быть, квадратная. Ставились круглые башни на этой стене, которые были сделаны для того, чтобы они разрезали участки обороны. То есть если один кусок стены взят, то за башню неприятель не пробьется и с этой башни по нему по стене стреляют.

Для того, чтобы стрелять в неприятеля, который подступил непосредственно к стене, делались так называемые машикули. Машикули – это такая навесная бойница. То есть ты через нее и стрелять можешь в того, кто подступил к стене, и лить там всякую расплавленную смолу.

Как только начинается огнестрельное оружие, что происходит первым делом? Ядра обрушивают вот эти самые машикули. И в тот момент, когда неприятель подступает к стене, становится невозможно от него обороняться, потому что флангового огня нету. Там стена-то круглая, башни-то над ней. А машикули обрушены.

И что происходит? Происходит замена земляными укреплениями вот этих вот каменных стен. Происходят бастионы, которые потом вырастают в систему равелинов, кронверков, эскарпов, контрэскарпов, гласисов, вершиной чего является звездчатый форт, который устроен так, что, естественно, если неприятель подступил к стене, то с самой стены по нему стрелять нельзя, но с флангов, с бастионов, с равелинов можно.

И естественно, Коломенский Кремль – это потрясающая штуковина, которая устарела еще до того, как она была построена. И ее мы выбрали символом российского государства. Значит, выбрать в качестве символа российское военное сооружение, устаревшее до того, как оно было построено? Это чудо в перьях строилось в XVI веке. Это, вот, то же самое: «Наши микросхемы – самые большие микросхемы в мире». Привет профессору Яковлеву. Читайте. Замечательная книжка.

+7 985 970-45-45. У меня осталось 4 минуты, и я не могу не поговорить о том, о чем я хотела говорить гораздо дольше и, наверное, я продолжу это в следующую субботу. Сирия, операция, близящаяся вероятно, скорее всего, не наземная, скорее всего, только ракетная американская в Сирии. Вопрос: «Что делать Сирии?»

Господа, у меня есть очень простой ответ на то, что делать Сирии. Сделать ребрендинг и никогда больше не называть тех, кто противостоит Асаду, оппозицией. А называть их Аль-Каидой. Вот, как только ты назвал этих ребят Аль-Каидой, все становится на свои места.

Вот есть один враг Запада, кровавый диктатор Асад. И есть другой враг Запада – террористическая организация Аль-Каида. И они воюют друг с другом. Что просить в этой ситуации Западу? Ответ – попросить чашечку кофе.

Вот, в чем вся фишка? Президент Обама сказал 2 года назад, что Асад должен уйти. А год назад сказал он, что если Асад применит химическое оружие, то Америка нанесет удар, чтобы было ясно, что оружие массового поражения против своих граждан применять нельзя. Да?

Это было давно, еще в тот момент, когда казалось, что, знаете, там сражаются какие-то парни за справедливость. Сейчас все, даже американское военное командование говорят, что там сражается Аль-Каида, что треть сражающихся – это Аль-Каида. Ну, там еще треть, наверное, сочувствующие, еще треть там несчастные люди, которые думают «Боже мой, куда мне податься?» Да?

Вопрос: зачем посылать американских парней умирать за законы шариата? Ну, даже если не американских парней, даже если ракетами, как хочет ограничиться президент Обама и, наверняка, ограничится. Ну, тоже как-то странно воевать на стороне Аль-Каиды. Да?

Потому что получается, что у Обамы нет хороших решений. Если ударит, то получается, что Обама воюет за шариат. Если не ударит, получается, что он просто, извините, свистел. Великому президенту великой державы неприлично свистеть.

Вторая очень важная вещь. Собственно, я, наверное, на этом буду заканчивать, а потом с этого на следующей неделе начну. Второе, да? Кто применил химическое оружие в Сирии? Ответ: господа, что бы там ни говорили, химическое оружие в Сирии применил Асад. Это очевидно следует из того, что рассекретила американская администрация. Она совершенно определенно сказала, что мы со спутников наблюдали, как эти ракеты летели из занятых правительственными войсками кварталов в кварталы, которые контролируются повстанцами. То, где это оружие было применено, это контролируется повстанцами. После этого в течение 4-х дней долбали это место еще артиллерией, чтобы скрыть следы применения химоружия, не допуская туда инспекторов ООН.

Я понимаю, что разведка США может ошибаться как в случае с химоружием в Ираке. Но, извините, она не будет врать. Вот это не укладывается в мою картину мира, что разведка США скажет, что «вы знаете, наши спутники видели, как это летело с контролируемых Асадом территорий к повстанцам», и она соврет. Да? То есть это абсолютно чистый кейс, то, что Асад говорит, что это они сами себя выпороли. Это, вот, абсолютно чистый кейс стопроцентного вранья, которым, правда, занимаются обе стороны. И это, вот, как с...

Помните, грузинская ракета? Когда мы выпустили ракету по Грузии, а потом говорили, что это грузины сами выкопали ямку? Вот, Асад говорит, что они сами выкопали ямку. Не сами, но на этом я вынуждена закончить.

До свидания, до встречи через неделю.